Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Chapter XII. ALICE'S EVIDENCE
ГЛАВА XII. ПОКАЗАНИЯ АЛИСЫ

"It proves nothing of the sort!" said Alice. "Why, you don't even know what they're about!"

- Это не доказывает ничего подобного, - сказала Алиса. - Вы ведь даже не знаете, о чем эти стихи!


"Read them," said the King.

- Прочтите их, - сказал Король.


The White Rabbit put on his spectacles.

Белый Кролик надел очки.


"Where shall I begin, please your Majesty?" he asked.

- Откуда мне следует начать, ваше величество? - спросил он.


"Begin at the beginning," the King said gravely, "and go on till you come to the end: then stop."

- Начните сначала, - серьезно сказал Король, - и читайте, пока не дойдете до конца; тогда остановитесь.


These were the verses the White Rabbit read:-

Вот стихи, которые прочитал Белый Кролик:


"They told me you had been to her,
And mentioned me to him:
She gave me a good character,
But said I could not swim.
He sent them word I had not gone
(We know it to be true):
If she should push the matter on,
What would become of you?
I gave her one, they gave him two,
You gave us three or more;
They all returned from him to you,
Though they were mine before.
If I or she should chance to be
Involved in this affair,
He trusts to you to set them free,
Exactly as we were.
My notion was that you had been
(Before she had this fit)
An obstacle that came between
Him, and ourselves, and it.
Don't let him know she liked them best,
For this must ever be
A secret, kept from all the rest,
Between yourself and me."

Они твердят: бывая с ним,
Меня назвали вы.
"Он мил, - она сказала им, -
Но не пловец, увы."
Он им сказал, хоть я не знал
(А правда им видна):
Что было б с вами, коль скандал
Раздула бы она?
Я ей - один, они им - два,
А вы нам - три иль пять;
Моими бывшие сперва,
Вернулись к вам опять.
И будь я в дело вовлечен,
Иль хоть она - тогда
Их отпустить велел бы он
Свободно, как всегда.
Лишь тот припадок с ней виной
(Как замечал я всем),
Что больше вам не быть стеной
Меж нами, им и тем.
Что ей так нравятся они,
Пускай не знает свет.
Ему - ни слова! Сохрани
Меж нами наш секрет.


"That's the most important piece of evidence we've heard yet," said the King, rubbing his hands; "so now let the jury-"

- Это самое важное свидетельство из всех, что мы слышали доселе, - сказал Король, потирая руки, - так что пусть присяжные...


"If any one of them can explain it," said Alice, (she had grown so large in the last few minutes that she wasn't a bit afraid of interrupting him,) "I'll give him sixpence. _I_ don't believe there's an atom of meaning in it."

- Если кто-нибудь из них сможет объяснить эти стихи, - сказала Алиса (она так выросла за последние минуты, что ничуточки не боялась перебивать его), - я дам ему шестипенсовик. Я не верю, что здесь есть хоть капля смысла.


The jury all wrote down on their slates, "SHE doesn't believe there's an atom of meaning in it," but none of them attempted to explain the paper.

Присяжные дружно записали на своих досках "Она не верит, что здесь есть хоть капля смысла", но никто из них не попытался объяснить стихи.


"If there's no meaning in it," said the King, "that saves a world of trouble, you know, as we needn't try to find any. And yet I don't know," he went on, spreading out the verses on his knee, and looking at them with one eye; "I seem to see some meaning in them, after all. "-SAID I COULD NOT SWIM-" you can't swim, can you?" he added, turning to the Knave.

- Если здесь нет смысла, - сказал Король, - это избавляет нас от проблем, поскольку, сами понимаете, нам не придется искать таковой. И я еще не знаю... - продолжал он, разворачиваю бумагу со стихами у себя на колене и глядя на них одним глазом, - мне кажется, кое-какой смысл тут есть, в конце концов: "Но не пловец, увы" - вы не пловец, не так ли? - добавил он, поворачиваясь к Валету.


The Knave shook his head sadly.

Валет печально покачал головой.


"Do I look like it?" he said. (Which he certainly did NOT, being made entirely of cardboard.)

- Разве я похожу на пловца? - сказал он. (Он, несомненно, не походил, будучи целиком сделан из картона.)


"All right, so far," said the King, and he went on muttering over the verses to himself: ""WE KNOW IT TO BE TRUE-" that's the jury, of course- "I GAVE HER ONE, THEY GAVE HIM TWO-" why, that must be what he did with the tarts, you know-"

- Очень хорошо, пойдем дальше, - сказал Король и принялся бормотать стихи про себя. - "А правда им видна" - это, конечно, про присяжных... "Я ей - один, они им - два" - ага, вот что он сделал с тортами, понимаете ли...


"But, it goes on "THEY ALL RETURNED FROM HIM TO YOU,"" said Alice.

- Но там дальше "Вернулись к вам опять", - заметила Алиса.


"Why, there they are!" said the King triumphantly, pointing to the tarts on the table. "Nothing can be clearer than THAT. Then again-"BEFORE SHE HAD THIS FIT-" you never had fits, my dear, I think?" he said to the Queen.

- Ну так вот же они! - торжествующе воскликнул Король, указывая на торты на столе. - Ничто не может быть яснее, чем это. Затем опять - "Лишь тот припадок с ней виной" - дорогая, я думаю, у тебя никогда не бывает припадков? - обратился он к Королеве.


"Never!" said the Queen furiously, throwing an inkstand at the Lizard as she spoke. (The unfortunate little Bill had left off writing on his slate with one finger, as he found it made no mark; but he now hastily began again, using the ink, that was trickling down his face, as long as it lasted.)

- Никогда! - яростно закричала Королева, швыряя чернильницу в Ящерицу Билла. (Несчастный маленький Билл к этому времени уже перестал писать на доске пальцем, обнаружив, что он не оставляет следа; но теперь он снова принялся торопливо писать, пользуясь - пока их хватало - чернилами, стекавшими по его лицу.)


"Then the words don't FIT you," said the King, looking round the court with a smile. There was a dead silence.

- Тогда это отпадает, - сказал Король, с улыбкой оглядывая зал. Стояла мертвая тишина.


"It's a pun!" the King added in an offended tone, and everybody laughed, "Let the jury consider their verdict," the King said, for about the twentieth time that day.

- Это каламбур, - сердито добавил Король, и все засмеялись. - Пусть присяжные вынесут свой вердикт, - сказал Король, должно быть, уже в двадцатый раз за день.


"No, no!" said the Queen. "Sentence first-verdict afterwards."

- Нет, нет! - сказала Королева. - Сначала приговор - потом вердикт.


"Stuff and nonsense!" said Alice loudly. "The idea of having the sentence first!"

- Чушь и ерунда! - громко сказала Алиса. - Что за идея - выносить сначала приговор!


"Hold your tongue!" said the Queen, turning purple.

- Придержите язык! - крикнула Королева, багровея.


"I won't!" said Alice.

- И не подумаю! - ответила Алиса.


"Off with her head!" the Queen shouted at the top of her voice. Nobody moved.

- Отрубить ей голову! - завопила Королева во весь голос. Никто не двинулся.


"Who cares for you?" said Alice, (she had grown to her full size by this time.) "You're nothing but a pack of cards!"

- Кому вы страшны? - сказала Алиса (к этому времени она уже выросла до своего нормального размера). - Вы всего-навсего колода карт!


At this the whole pack rose up into the air, and came flying down upon her: she gave a little scream, half of fright and half of anger, and tried to beat them off, and found herself lying on the bank, with her head in the lap of her sister, who was gently brushing away some dead leaves that had fluttered down from the trees upon her face.

И тут все карты поднялись в воздух и посыпались на нее; она слегка вскрикнула, наполовину от страха, наполовину от гнева, и попыталась отбиться от них... и обнаружила, что лежит на берегу реки, положив голову на колени сестры, которая осторожно смахивает с ее лица сухие листья, упавшие с деревьев.


"Wake up, Alice dear!" said her sister; "Why, what a long sleep you've had!"

- Просыпайся, Алиса, дорогая! - сказала сестра. - Ох, ну и долго же ты спала!


"Oh, I've had such a curious dream!" said Alice, and she told her sister, as well as she could remember them, all these strange Adventures of hers that you have just been reading about; and when she had finished, her sister kissed her, and said, "It WAS a curious dream, dear, certainly: but now run in to your tea; it's getting late." So Alice got up and ran off, thinking while she ran, as well she might, what a wonderful dream it had been.

- Ой, я видела такой удивительный сон! - сказала Алиса, и рассказала сестре - насколько она могла вспомнить - про свои странные приключения, о которых вы только что прочитали; и когда она закончила, сестра поцеловала ее и сказала: "Это и в самом деле был удивительный сон, дорогая; но теперь беги домой, а то опоздаешь к чаю." И Алиса встала и побежала, думая на бегу (насколько она могла это делать), какой же это все-таки был чудесный сон.


But her sister sat still just as she left her, leaning her head on her hand, watching the setting sun, and thinking of little Alice and all her wonderful Adventures, till she too began dreaming after a fashion, and this was her dream:-

Но ее сестра осталась сидеть на берегу, склонив голову на руку, глядя на закат и думая о маленькой Алисе и всех ее чудесных приключениях, пока тоже не начала дремать, и вот что ей привиделось:


First, she dreamed of little Alice herself, and once again the tiny hands were clasped upon her knee, and the bright eager eyes were looking up into hers-she could hear the very tones of her voice, and see that queer little toss of her head to keep back the wandering hair that WOULD always get into her eyes-and still as she listened, or seemed to listen, the whole place around her became alive the strange creatures of her little sister's dream.

Сначала ей грезилась маленькая Алиса: снова миниатюрные ручки смыкались на ее колене, снова блестящие нетерпеливые глаза смотрели на нее снизу вверх - она могла расслышать каждый оттенок ее голоса, и видела этот забавный жест, когда Алиса встряхивает головой, откидывая вечно лезущие в глаза волосы - и в то же время она слышала - или ей так казалось - как все вокруг ожило и наполнилось странными существами из сна ее сестренки.


The long grass rustled at her feet as the White Rabbit hurried by-the frightened Mouse splashed his way through the neighbouring pool-she could hear the rattle of the teacups as the March Hare and his friends shared their never-ending meal, and the shrill voice of the Queen ordering off her unfortunate guests to execution-once more the pig-baby was sneezing on the Duchess's knee, while plates and dishes crashed around it-once more the shriek of the Gryphon, the squeaking of the Lizard's slate-pencil, and the choking of the suppressed guinea-pigs, filled the air, mixed up with the distant sobs of the miserable Mock Turtle.

Длинная трава шелестела у ее ног - это спешил Белый Кролик; перепуганная Мышь с плеском плыла по соседней луже; слышно было, как гремят чайные чашки за столом у Мартовского Зайца и его друзей, продолжавших свое бесконечное чаепитие, и как резкий визгливый голос Королевы осуждает на казнь несчастных гостей; снова малыш-поросенок чихал на колене у Герцогини, в то время как вокруг бились тарелки и блюдца; снова слышался крик Грифона и скрип грифеля Ящерицы Билла, и полузадушенные взвизгивания подавленных морских свинок сливались с далекими рыданиями несчастного Якобы Черепахи.


So she sat on, with closed eyes, and half believed herself in Wonderland, though she knew she had but to open them again, and all would change to dull reality-the grass would be only rustling in the wind, and the pool rippling to the waving of the reeds-the rattling teacups would change to tinkling sheep- bells, and the Queen's shrill cries to the voice of the shepherd boy-and the sneeze of the baby, the shriek of the Gryphon, and all thy other queer noises, would change (she knew) to the confused clamour of the busy farm-yard-while the lowing of the cattle in the distance would take the place of the Mock Turtle's heavy sobs.

Так она сидела с закрытыми глазами, почти поверив, что находится в Стране Чудес, хотя и знала, что стоит ей снова открыть глаза, и все вокруг превратится в скучную реальность - трава просто шелестит на ветру, а вода журчит оттого, что качается тростник; звон посуды превратится в позвякивание овечьих колокольчиков, а пронзительные крики Королевы станут голосом мальчишки-пастуха; чихание ребенка, и восклицания Грифона, и все прочие странные звуки окажутся (она знала это) просто смешанным шумом скотного двора, а мычание далекого стада займет место тяжких стенаний Якобы Черепахи.


Lastly, she pictured to herself how this same little sister of hers would, in the after-time, be herself a grown woman; and how she would keep, through all her riper years, the simple and loving heart of her childhood: and how she would gather about her other little children, and make THEIR eyes bright and eager with many a strange tale, perhaps even with the dream of Wonderland of long ago: and how she would feel with all their simple sorrows, and find a pleasure in all their simple joys, remembering her own child-life, and the happy summer days.

И наконец она представила себе, как ее маленькая сестренка в свое время сама станет взрослой женщиной; и как она сохранит, даже и в зрелые годы, простое и любящее детское сердце; и как она соберет вокруг себя уже других маленьких детей, и заставит их глаза блестеть от страстного желания услышать необыкновенные истории, может быть, даже этот давний сон о Стране Чудес; и как она будет делить с ними их простые огорчения и простые радости, вспоминая собственное детство и счастливые летние дни.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru