Book's list / Список книг :


Chapter / Глава


The Caterpillar and Alice looked at each other for some time in silence: at last the Caterpillar took the hookah out of its mouth, and addressed her in a languid, sleepy voice.

Гусеница и Алиса молча смотрели друг на друга; наконец Гусеница вынула мундштук изо рта и обратилась к Алисе вялым, сонным голосом.

"Who are YOU?" said the Caterpillar.

- Кто ты такая? - произнесла Гусеница.

This was not an encouraging opening for a conversation. Alice replied, rather shyly,

Это было не самое располагающее начало беседы. Алиса ответила довольно застенчиво:

"I-I hardly know, sir, just at present- at least I know who I WAS when I got up this morning, but I think I must have been changed several times since then."

- Я... я и сама толком не понимаю, мэм, в смысле, сейчас... я знаю только, кем я была, когда встала сегодня утром, но, кажется, с тех пор я уже несколько раз менялась.

"What do you mean by that?" said the Caterpillar sternly. "Explain yourself!"

- Что ты имеешь в виду? - строго спросила Гусеница. - Объяснись.

"I can't explain MYSELF, I'm afraid, sir" said Alice, "because I'm not myself, you see."

- Боюсь, мэм, что я не могу объяснить себя, - сказала Алиса, которая поняла слово "объясниться" именно так, - потому что, видите ли, я - это не я.

"I don't see," said the Caterpillar.

- Не вижу, - отрезала Гусеница.

"I'm afraid I can't put it more clearly," Alice replied very politely, "for I can't understand it myself to begin with; and being so many different sizes in a day is very confusing."

- Боюсь, я не могу рассказать яснее, - повторила Алиса очень вежливо, - потому что, прежде всего, сама этого не понимаю; и столько раз за день меняться в размерах - это так запутывает...

"It isn't," said the Caterpillar.

- Ничуть, - возразила Гусеница.

"Well, perhaps you haven't found it so yet," said Alice; "but when you have to turn into a chrysalis-you will some day, you know-and then after that into a butterfly, I should think you'll feel it a little queer, won't you?"

- Ну, может быть, вы просто еще с этим не сталкивались, - сказала Алиса, - но когда вы станете превращаться в куколку - вы же знаете, когда-нибудь вам придется - а потом в бабочку, думаю, вы почувствуете себя немного странно, не так ли?

"Not a bit," said the Caterpillar.

- Ни на йоту, - ответила Гусеница.

"Well, perhaps your feelings may be different," said Alice; "all I know is, it would feel very queer to ME."

- Ну, может быть, у вас другие чувства, - согласилась Алиса, - я знаю только, что я бы чувствовала себя очень странно.

"You!" said the Caterpillar contemptuously. "Who are YOU?"

- Ты! - презрительно произнесла Гусеница. - Кто ты такая?

Which brought them back again to the beginning of the conversation. Alice felt a little irritated at the Caterpillar's making such VERY short remarks, and she drew herself up and said, very gravely,

Что возвращало их к началу разговора. Алису начала раздражать манера Гусеницы давать столь краткие ответы, так что она приосанилась и заявила очень веским тоном:

"I think, you out to tell me who YOU are, first."

- Полагаю, сначала вы должны мне сказать, кто вы такая.

"Why?" said the Caterpillar.

- Почему? - спросила Гусеница.

Here was another puzzling question; and as Alice could not think of any good reason, and as the Caterpillar seemed to be in a VERY unpleasant state of mind, she turned away.

Это был еще один загадочный вопрос; и, поскольку Алиса не смогла придумать ни одной убедительной причины, а Гусеница, похоже, пребывала в очень скверном настроении, девочка попросту повернулась и пошла прочь.

"Come back!" the Caterpillar called after her. "I've something important to say!"

- Вернись! - окликнула ее Гусеница. - Я скажу тебе кое-что важное!

This sounded promising, certainly: Alice turned and came back again.

Это, конечно, звучало многообещающе; Алиса развернулась и пошла обратно.

"Keep your temper," said the Caterpillar.

- Держи себя в руках, - сказала Гусеница.

"Is that all?" said Alice, swallowing down her anger as well as she could.

- Это все? - спросила Алиса, пытаясь скрыть свой гнев, насколько это было возможно.

"No," said the Caterpillar.

- Нет, - ответила Гусеница.

Alice thought she might as well wait, as she had nothing else to do, and perhaps after all it might tell her something worth hearing. For some minutes it puffed away without speaking, but at last it unfolded its arms, took the hookah out of its mouth again, and said, "So you think you're changed, do you?"

Алиса решила, что может и подождать, благо делать все равно нечего, а Гусеница, может быть, все-таки скажет в конце концов чтото важное. В течение нескольких минут Гусеница лишь молча пускала клубы дыма, но затем, наконец, расплела руки, вновь вынула мундштук изо рта и сказала: - Значит, ты думаешь, что изменилась, так?

"I'm afraid I am, sir," said Alice; "I can't remember things as I used-and I don't keep the same size for ten minutes together!"

- Боюсь, что да, мэм, - сказала Алиса, - Я не могу вспомнить вещи, которые знала - и не проходит и десяти минут, чтобы мой рост не менялся!

"Can't remember WHAT things?" said the Caterpillar.

- Не может вспомнить какие вещи? - спросила Гусеница.

"Well, I've tried to say "HOW DOTH THE LITTLE BUSY BEE," but it all came different!" Alice replied in a very melancholy voice.

- Ну, я пыталась прочитать "Трудолюбивую пчелу", но вышло что-то совсем другое! - ответила Алиса очень печальным голосом.

"Repeat, "YOU ARE OLD, FATHER WILLIAM,"" said the Caterpillar.

- Прочти "Ты уж стар, папа Вильям", - предложила Гусеница.

Alice folded her hands, and began:-

Алиса сложила руки и начала:

"You are old, Father William," the young man said,
"And your hair has become very white;
And yet you incessantly stand on your head-
Do you think, at your age, it is right?"

"In my youth," Father William replied to his son,
"I feared it might injure the brain;
But, now that I'm perfectly sure I have none,
Why, I do it again and again."

"You are old," said the youth, "as I mentioned before,
And have grown most uncommonly fat;
Yet you turned a back-somersault in at the door-
Pray, what is the reason of that?"

"In my youth," said the sage, as he shook his grey locks,
"I kept all my limbs very supple By the
use of this ointment-one shilling the box-
Allow me to sell you a couple?"

"You are old," said the youth, "and your jaws are too weak
For anything tougher than suet;
Yet you finished the goose, with the bones and the beak-
Pray how did you manage to do it?"

"In my youth," said his father, "I took to the law,
And argued each case with my wife;
And the muscular strength, which it gave to my jaw,
Has lasted the rest of my life."

"You are old," said the youth, "one would hardly suppose
That your eye was as steady as ever;
Yet you balanced an eel on the end of your nose-
What made you so awfully clever?"

"I have answered three questions, and that is enough,"
Said his father; "don't give yourself airs!
Do you think I can listen all day to such stuff?
Be off, or I'll kick you down stairs!"

"Ты уж стар, папа Вильям, - юнец произнес, -
Волос твой побелел радикально,
Но стоишь вверх ногами! Ответь на вопрос -
В твоем возрасте это нормально?"

"С юных дней, - папа Вильям промолвил в ответ, -
Думал я - это мозгу опасно,
Но поняв, что мозгов в голове моей нет,
На макушке стою ежечасно."

"Ты уж стар, - молвил сын, - как я раньше сказал,
Да и жиром изрядно набит;
Отчего ж ты не входишь, как прочие, в зал,
А в дверях исполняешь кульбит?

"С юных дней, - молвил старец, тряхнув сединой, -
Я поддерживал гибкой осанку,
Ибо мазал конечности мазью одной -
Вот, не купишь ли? Шиллинг за банку!

"Ты уж стар, твоя челюсть беззубая вся,
Ей лишь студень жевать остается;
Ты ж съедаешь с костями и клювом гуся -
Объясни, как тебе удается?"

"С юных дней, - старец рек, - по судам я ходил,
Вел с женой в каждом случае спор,
И развил свою челюсть, что твой крокодил -
Не ослабла она до сих пор."

"Ты уж стар, - молвил сын, - и, вообще говоря,
Глаз твой менее зорок, чем прежде,
Как же ты в равновесии держишь угря
На носу? Объясни мне, невежде."

"Хватит! На три вопроса получен ответ! -
Крикнул старец нахальному сыну, -
Целый день, что ли, слушать мне этакий бред?
Прочь ступай, или с лестницы скину!"

"That is not said right," said the Caterpillar.

- Это неправильно, - сказала Гусеница.

"Not QUITE right, I'm afraid," said Alice, timidly; some of the words have got altered."

- Не совсем правильно, боюсь, - робко произнесла Алиса, - некоторые слова получились не те.

"It is wrong from beginning to end," said the Caterpillar decidedly, and there was silence for some minutes.

- Это неверно от начала до конца, - решительно заявила Гусеница, и на несколько минут повисла тишина.

Chapter / Глава