Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Chapter VI. PIG AND PEPPER
ГЛАВА VI. ПОРОСЕНОК И ПЕРЕЦ

For a minute or two she stood looking at the house, and wondering what to do next, when suddenly a footman in livery came running out of the wood-(she considered him to be a footman because he was in livery: otherwise, judging by his face only, she would have called him a fish)-and rapped loudly at the door with his knuckles. It was opened by another footman in livery, with a round face, and large eyes like a frog; and both footmen, Alice noticed, had powdered hair that curled all over their heads. She felt very curious to know what it was all about, and crept a little way out of the wood to listen.

Минуту-другую она простояла, глядя на дом и раздумывая, что делать дальше, как вдруг из леса выбежал ливрейный лакей (Алиса сочла его ливрейным лакеем, потому что на нем была ливрея; иначе, если бы она судила только по лицу, то назвала бы его рыбой) и громко забарабанил в дверь. Дверь открыл другой ливрейный лакей, с круглой физиономией и большими глазами, как у лягушки; оба лакея, как заметила Алиса, носили большие завитые пудреные парики. Ей стало очень любопытно, что все это значит, и она подкралась чуточку поближе, чтобы послушать.


The Fish-Footman began by producing from under his arm a great letter, nearly as large as himself, and this he handed over to the other, saying, in a solemn tone, "For the Duchess. An invitation from the Queen to play croquet." The Frog-Footman repeated, in the same solemn tone, only changing the order of the words a little, "From the Queen. An invitation for the Duchess to play croquet."

Лакей-Рыба начал с того, что извлек из-под мышки огромное письмо, размером почти с него самого, и вручил его второму лакею, говоря торжественным тоном: "Для Герцогини. Приглашение от Королевы на игру в крокет." Лакей-Лягушка повторил столь же торжественно, слегка поменяв порядок слов: "От Королевы. Приглашение для Герцогини на игру в крокет."


Then they both bowed low, and their curls got entangled together.

После чего они низко поклонились друг другу, и букли их париков перепутались.


Alice laughed so much at this, that she had to run back into the wood for fear of their hearing her; and when she next peeped out the Fish-Footman was gone, and the other was sitting on the ground near the door, staring stupidly up into the sky.

Алису разобрал такой смех, что ей пришлось отбежать назад в лес, чтобы они ее не услышали, а когда она снова выглянула из-за деревьев, Лакей-Рыба уже ушел, а второй сидел на земле возле двери, тупо уставясь в небо.


Alice went timidly up to the door, and knocked.

Алиса робко подошла к двери и постучала.


"There's no sort of use in knocking," said the Footman, "and that for two reasons. First, because I'm on the same side of the door as you are; secondly, because they're making such a noise inside, no one could possibly hear you."

- Стучать нет никакого смысла, - сказал лакей, - и тому есть две причины: во-первых, потому что я с той же стороны двери, что и вы, а во-вторых, они внутри так шумят, что никто вас не услышит.


And certainly there was a most extraordinary noise going on within-a constant howling and sneezing, and every now and then a great crash, as if a dish or kettle had been broken to pieces.

И действительно, из дома доносился необыкновенный шум - непрерывные плач и чихание, то и дело сопровождавшиеся жутким грохотом бьющейся посуды.


"Please, then," said Alice, "how am I to get in?"

- Тогда объясните, пожалуйста, - сказала Алиса, - как мне войти?


"There might be some sense in your knocking," the Footman went on without attending to her, "if we had the door between us. For instance, if you were INSIDE, you might knock, and I could let you out, you know." He was looking up into the sky all the time he was speaking, and this Alice thought decidedly uncivil.

- Был бы некоторый смысл стучать, - продолжал лакей, не обращая на нее внимания, - если бы дверь была между нами. Например, если бы вы были внутри, вы могли бы постучать, и я мог бы вас выпустить, вы понимаете, - он продолжал все время смотреть в небо, пока говорил, и Алиса подумала, что это весьма невежливо.


"But perhaps he can't help it," she said to herself; "his eyes are so VERY nearly at the top of his head. But at any rate he might answer questions.

"Но, возможно, он ничего не может с этим поделать, - сказала она себе, - ведь его глаза так близко к макушке! Но, в любом случае, он мог бы отвечать на вопросы!"


-How am I to get in?" she repeated, aloud.

- Как мне войти? - громко повторила она.


"I shall sit here," the Footman remarked, "till tomorrow-"

- Я буду сидеть здесь, - заметил лакей, - до завтра...


At this moment the door of the house opened, and a large plate came skimming out, straight at the Footman's head: it just grazed his nose, and broke to pieces against one of the trees behind him.

В этот момент дверь дома распахнулась, и большое блюдо полетело оттуда прямо лакею в голову; но оно лишь слегка чиркнуло по его носу и разбилось в куски о дерево за его спиной.


"-or next day, maybe," the Footman continued in the same tone, exactly as if nothing had happened.

- ... или, может быть, до послезавтра, - продолжал лакей тем же тоном, словно ничего не случилось.


"How am I to get in?" asked Alice again, in a louder tone.

- Как мне войти?! - спросила Алиса еще громче.


"ARE you to get in at all?" said the Footman. "That's the first question, you know."

- А вам вообще нужно входить? - сказал лакей. - Сперва надо решить этот вопрос, знаете ли.


It was, no doubt: only Alice did not like to be told so. "It's really dreadful," she muttered to herself, "the way all the creatures argue. It's enough to drive one crazy!"

Это было, без сомнения, справедливо; вот только Алиса не любила, когда с ней так говорили. "Это просто ужасно, - пробормотала она про себя, - вот ведь манера спорить у всех этих существ! Они кого угодно с ума сведут!"


The Footman seemed to think this a good opportunity for repeating his remark, with variations.

Лакей, похоже, решил, что это подходящая возможность повторить свои прошлые рассуждения, с некоторыми вариациями.


"I shall sit here," he said, "on and off, for days and days."

- Так и буду сидеть здесь, - сказал он, - с перерывами, день за днем...


"But what am I to do?" said Alice.

- А мне что делать? - воскликнула Алиса.


"Anything you like" said the Footman, and began whistling.

- Все, что хотите, - ответил лакей и принялся насвистывать.


"Oh, there's no use in talking to him," said Alice desperately: "he's perfectly idiotic!" And she opened the door and went in.

"Ох, нет никакого смысла говорить с ним, - сказала, отчаявшись, Алиса, - он же совершенный идиот!" Так что она открыла дверь и вошла.


The door led right into a large kitchen, which was full of smoke from one end to the other: the Duchess was sitting on a three-legged stool in the middle, nursing a baby; the cook was leaning over the fire, stirring a large cauldron which seemed to be full of soup.

Дверь вела прямо в большую кухню, которая была полна дымом из конца в конец; в середине на трехногом табурете сидела Герцогиня и нянчила младенца; кухарка склонилась над огнем, помешивая в большом котле, который, по всей видимости, был полон супом.


"There's certainly too much pepper in that soup!" Alice said to herself, as well as she could for sneezing.

"В этом супе явно слишком много перца!" - сказала себе Алиса (что было непросто из-за разобравшего ее чиха).


There was certainly too much of it in the air. Even the Duchess sneezed occasionally; and as for the baby, it was sneezing and howling alternately without a moment's pause. The only things in the kitchen that did not sneeze, were the cook, and a large cat which was sitting on the hearth and grinning from ear to ear.

В самом деле, в воздухе было слишком много перца. Даже Герцогиня почихивала время от времени; что же до ребенка, то он поочередно чихал и плакал, не переставая ни на секунду. Не чихали только два существа в кухне: кухарка и большой кот, который сидел у очага и улыбался от уха до уха.


"Please would you tell me," said Alice, a little timidly, for she was not quite sure whether it was good manners for her to speak first, "why your cat grins like that?"

- Скажите, пожалуйста, - произнесла Алиса с некоторой робостью, ибо была не вполне уверена, что с ее стороны будет вежливо заговорить первой, - почему ваш кот так улыбается?


"It's a Cheshire cat," said the Duchess, "and that's why. Pig!"

- Это чеширский кот, - сказала Герцогиня, - вот почему. Поросенок!


She said the last word with such sudden violence that Alice quite jumped; but she saw in another moment that it was addressed to the baby, and not to her, so she took courage, and went on again:

Последнее слово она произнесла с такой внезапной злостью, что Алиса аж подпрыгнула, но в следующий момент поняла, что это было адресовано ребенку, а не ей, так что она набралась смелости и продолжила:


"I didn't know that Cheshire cats always grinned; in fact, I didn't know that cats COULD grin."

- Я не знала, что чеширские коты всегда улыбаются; по правде говоря, я не знала, что коты вообще могут улыбаться.


"They all can," said the Duchess; "and most of 'em do."

- Все они могут, - сказала Герцогиня, - и большинство из них так и делает.


"I don't know of any that do," Alice said very politely, feeling quite pleased to have got into a conversation.

- А я не знаю ни одного такого, - сказала Алиса очень вежливо, весьма довольная, что ей удалось завязать беседу.


"You don't know much," said the Duchess; "and that's a fact."

- Ты мало что знаешь, - отрезала Герцогиня, - и это факт.


Alice did not at all like the tone of this remark, and thought it would be as well to introduce some other subject of conversation. While she was trying to fix on one, the cook took the cauldron of soup off the fire, and at once set to work throwing everything within her reach at the Duchess and the baby- -the fire-irons came first; then followed a shower of saucepans, plates, and dishes. The Duchess took no notice of them even when they hit her; and the baby was howling so much already, that it was quite impossible to say whether the blows hurt it or not.

Алисе совсем не понравился тон этого замечания, и она решила, что лучше бы сменить тему разговора. Пока она пыталась подобрать подходящую, кухарка сняла котел с супом с огня, и сразу же принялась швырять все, до чего могла дотянуться, в Герцогиню и ребенка - первыми полетели каминные щипцы, кочерга и совок, затем градом посыпались кастрюли, тарелки и блюдца. Герцогиня не обращала на них никакого внимания, даже когда они попадали в нее; ребенок же и без того так орал, что невозможно было понять, больно ему от этих ударов или нет.


"Oh, PLEASE mind what you're doing!" cried Alice, jumping up and down in an agony of terror. "Oh, there goes his PRECIOUS nose'; as an unusually large saucepan flew close by it, and very nearly carried it off.

- Ой, пожалуйста, думайте, что вы делаете! - закричала Алиса, подскакивая в ужасе. - Ой, прямо в его милый носик! - как раз в этот момент особенно большая кастрюля пролетела от носа младенца так близко, что лишь чудом не снесла его.


"If everybody minded their own business," the Duchess said in a hoarse growl, "the world would go round a deal faster than it does."

- Если бы никто не лез в чужие дела, - хрипло проворчала Герцогиня, - мир вертелся бы быстрее.


"Which would NOT be an advantage," said Alice, who felt very glad to get an opportunity of showing off a little of her knowledge. "Just think of what work it would make with the day and night! You see the earth takes twenty-four hours to turn round on its axis-"

- Но это не было бы преимуществом, - сказала Алиса, которая была очень рада возможности продемонстрировать часть своих познаний. - Только подумайте, что стало бы с днем и ночью! Видите ли, земля оборачивается вокруг своей оси за двадцать четыре часа, так что, если двадцать четыре часа назад было утро, то пора...


"Talking of axes," said the Duchess, "chop off her head!"

- Кстати, о топорах, - сказала Герцогиня. - Отрубить ей голову!


Alice glanced rather anxiously at the cook, to see if she meant to take the hint; but the cook was busily stirring the soup, and seemed not to be listening, so she went on again:

Алиса метнула довольно встревоженный взгляд на кухарку, проверяя, как та воспримет этот намек; но кухарка была занята помешиванием супа и, кажется, не слушала, так что Алиса вновь попыталась развить мысль:


"Twenty-four hours, I THINK; or is it twelve? I-"

- Двадцать четыре часа, я думаю... или двенадцать? Я...


"Oh, don't bother ME," said the Duchess; "I never could abide figures!" And with that she began nursing her child again, singing a sort of lullaby to it as she did so, and giving it a violent shake at the end of every line:

- Ох, не утомляй этим меня, - сказала Герцогиня. - Я никогда не выносила цифры, - и она снова принялась баюкать своего ребенка, напевая при этом своего рода колыбельную и свирепо встряхивая его в конце каждой строчки:


"Speak roughly to your little boy,
And beat him when he sneezes:
He only does it to annoy,
Because he knows it teases."

Будь груб с малюткой, и, грубя,
Лупи, коль он чихает;
Специально дразнит он тебя,
Нарочно досаждает.


CHORUS. (In which the cook and the baby joined):-

Припев хором подхватили кухарка и малыш:


"Wow! wow! wow!"

Вау! Вау! Вау!


While the Duchess sang the second verse of the song, she kept tossing the baby violently up and down, and the poor little thing howled so, that Alice could hardly hear the words:-

Пока Герцогиня пела второй куплет, она яростно раскачивала ребенка вверх-вниз, и бедняжка вопил так громко, что Алиса с трудом различала слова песни:


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru