Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Dan Brown - Angels and Demons - Дэн Браун - Ангелы и демоны

33

Глава 33


Rome from the air is a labyrinth-an indecipherable maze of ancient roadways winding around buildings, fountains, and crumbling ruins.

С высоты птичьего полета Рим казался беспорядочным переплетением улиц - сложный лабиринт старинных дорог, огибающих огромные здания храмов, искрящиеся фонтаны и многочисленные древние руины.


The Vatican chopper stayed low in the sky as it sliced northwest through the permanent smog layer coughed up by the congestion below. Langdon gazed down at the mopeds, sight-seeing buses, and armies of miniature Fiat sedans buzzing around rotaries in all directions. Koyaanisqatsi, he thought, recalling the Hopi term for "life out of balance."

Вертолет Ватикана летел довольно низко, разрубая лопастями смог, постоянно висящий над Вечным городом и заставляющий давиться в кашле несчастных горожан. Лэнгдон с интересом наблюдал за снующими в разные стороны мопедами, туристическими автобусами и крошечными "фиатами". "Койаанискатси", - подумал он, припомнив слово, употребляемое индейцами племени хопи для обозначения суматошной, сумбурной жизни.


Vittoria sat in silent determination in the seat beside him.

Молча сидевшая на соседнем кресле Виттория всем своим видом выражала готовность действовать.


The chopper banked hard. His stomach dropping, Langdon gazed farther into the distance. His eyes found the crumbling ruins of the Roman Coliseum. The Coliseum, Langdon had always thought, was one of history's greatest ironies. Now a dignified symbol for the rise of human culture and civilization, the stadium had been built to host centuries of barbaric events-hungry lions shredding prisoners, armies of slaves battling to the death, gang rapes of exotic women captured from far-off lands, as well as public beheadings and castrations.

Вертолет резко взмыл вверх, а сердце Лэнгдона, напротив, провалилось куда-то в желудок. Он посмотрел вперед и увидел вдали поднимающиеся к небу развалины римского Колизея. Лэнгдон всегда считал это величественное сооружение одним из парадоксов истории. Огромный амфитеатр, в наше время символизирующий достижение древней культуры, в течение многих столетий служил сценой, на которой разыгрывались самые варварские представления в истории человечества. Здесь голодные львы рвали на части беспомощных людей, а армии рабов сражались, истребляя друг друга. Здесь на глазах тысяч зрителей насиловали экзотических, захваченных в далеких странах женщин. Здесь рубили головы и публично кастрировали.


It was ironic, Langdon thought, or perhaps fitting, that the Coliseum had served as the architectural blueprint for Harvard's Soldier Field-the football stadium where the ancient traditions of savagery were reenacted every fall ... crazed fans screaming for bloodshed as Harvard battled Yale.

Особенно Лэнгдона забавляло то, что знаменитое Солдатское поле Гарварда было сооружено по образу и подобию Колизея. Видимо, не случайно, думал он, на этом стадионе каждую осень пробуждаются кровожадные древние инстинкты и обезумевшие футбольные фанаты Гарвардского университета требуют крови ненавистных противников из Йеля.


As the chopper headed north, Langdon spied the Roman Forum-the heart of pre-Christian Rome. The decaying columns looked like toppled gravestones in a cemetery that had somehow avoided being swallowed by the metropolis surrounding it.

Чуть дальше к северу Лэнгдон увидел Форум - сердце дохристианского Рима. Полуразрушенные колонны напоминали поваленные надгробия на кладбище, которое по какой-то странной иронии судьбы не было поглощено огромным мегаполисом.


To the west the wide basin of the Tiber River wound enormous arcs across the city. Even from the air Langdon could tell the water was deep. The churning currents were brown, filled with silt and foam from heavy rains.

На западе город рассекала огромная дуга Тибра. Даже с воздуха Лэнгдон видел, насколько глубока эта река. На ее блестящей поверхности там и тут виднелись пенистые воронки водоворотов, затягивающих в себя разнообразный мусор.


"Straight ahead," the pilot said, climbing higher.

- Прямо по курсу, - произнес пилот, поднимая машину еще выше.


Langdon and Vittoria looked out and saw it. Like a mountain parting the morning fog, the colossal dome rose out of the haze before them: St. Peter's Basilica.

Лэнгдон и Виттория посмотрели в указанном направлении. Прямо перед ними над голубоватой дымкой смога возвышался гигантский купол собора Святого Петра.


"Now that," Langdon said to Vittoria, "is something Michelangelo got right."

- А вот это творение, - сказал Лэнгдон, обращаясь к Виттории, - Микеланджело явно удалось.


Langdon had never seen St. Peter's from the air. The marble faзade blazed like fire in the afternoon sun. Adorned with 140 statues of saints, martyrs, and angels, the Herculean edifice stretched two football fields wide and a staggering six long. The cavernous interior of the basilica had room for over 60,000 worshipers ... over one hundred times the population of Vatican City, the smallest country in the world.

Лэнгдону никогда не доводилось видеть собор с высоты птичьего полета. В лучах предвечернего южного солнца мраморный, украшенный многочисленными статуями фронтон здания полыхал розовым огнем. Напоминающее огромный грот помещение собора могло одновременно вместить 60 000 молящихся, что более чем в сто раз превышало все население Ватикана - самого маленького государства на планете.


Incredibly, though, not even a citadel of this magnitude could dwarf the piazza before it. A sprawling expanse of granite, St. Peter's Square was a staggering open space in the congestion of Rome, like a classical Central Park. In front of the basilica, bordering the vast oval common, 284 columns swept outward in four concentric arcs of diminishing size ... an architectural trompe de l'oiel used to heighten the piazza's sense of grandeur.

Но и сооружение таких невероятных размеров не могло подавить величия раскинувшейся перед ним площади. Вымощенная гранитом просторная пьяцца, расположенная в самом сердце Рима, являла собой подобие Центрального парка в классическом стиле. Овал шириной 240 метров двумя полукружиями обрамляла крытая колоннада из 284 стоящих в четыре ряда дорических колонн, над которыми высились 140 скульптурных изображений святых и мучеников. Высота колонн в каждом ряду по мере приближения к площади немного уменьшалась, что создавало своего рода trompe l'oeil призванный подчеркнуть величие этого места.


As he stared at the magnificent shrine before him, Langdon wondered what St. Peter would think if he were here now. The Saint had died a gruesome death, crucified upside down on this very spot. Now he rested in the most sacred of tombs, buried five stories down, directly beneath the central cupola of the basilica.

Интересно, что подумал бы святой Петр, окажись он сейчас здесь, размышлял Лэнгдон, глядя на святыню. Петр умер, распятый вниз головой на этом самом месте, и теперь его прах покоился в гробнице, расположенной в глубоком подземелье под куполом базилики. Это была самая почитаемая из всех гробниц христианского мира.


"Vatican City," the pilot said, sounding anything but welcoming.

- Ватикан, - произнес пилот без тени гостеприимства.


Langdon looked out at the towering stone bastions that loomed ahead-impenetrable fortifications surrounding the complex ... a strangely earthly defense for a spiritual world of secrets, power, and mystery.

Лэнгдон посмотрел на маячившие впереди стены и бастионы, окружающие здания Ватикана. Очень неподходящая... какая-то слишком земная защита для мира духа, власти и старинных тайн, подумал он.


"Look!" Vittoria said suddenly, grabbing Langdon's arm.

- Смотрите! - крикнула Виттория, потянув американца за рукав и приникнув к иллюминатору.


She motioned frantically downward toward St. Peter's Square directly beneath them. Langdon put his face to the window and looked.

Лэнгдон вытянул шею и посмотрел на площадь Святого Петра.


"Over there," she said, pointing.

- Смотрите туда...


Langdon looked. The rear of the piazza looked like a parking lot crowded with a dozen or so trailer trucks. Huge satellite dishes pointed skyward from the roof of every truck. The dishes were emblazoned with familiar names:

Лэнгдон взглянул в указанном направлении, и ему показалось, что он увидел автомобильную парковку. Дальняя часть площади была заполнена огромными автобусами и фургонами, с крыш которых в небо смотрели тарелки телевизионных антенн. На тарелках можно было прочесть хорошо знакомые надписи:


TELEVISOR EUROPEA

ЕВРОПЕЙСКОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ


VIDEO ITALIA

ВИДЕО-ИТАЛИЯ


BBC

БИ-БИ-СИ


UNITED PRESS INTERNATIONAL

ЮНАЙТЕД ПРЕСС ИНТЕРНЭШНЛ


Langdon felt suddenly confused, wondering if the news of the antimatter had already leaked out.

Неужели сведения об антиматерии уже просочились в прессу? Этого не может быть, несколько растерянно подумал Лэнгдон.


Vittoria seemed suddenly tense. "Why is the press here? What's going on?"

- Почему здесь так много представителей прессы? - напряженным голосом поинтересовалась Виттория. - Что у вас происходит?


The pilot turned and gave her an odd look over his shoulder. "What's going on? You don't know?"

- Что происходит? Неужели вы не знаете? - бросив на нее через плечо недоуменный взгляд, спросил, в свою очередь, пилот.


"No," she fired back, her accent husky and strong.

- Нет! - резко и чуть хрипло ответила она.


"Il Conclavo," he said. "It is to be sealed in about an hour. The whole world is watching."

- II Conclavo, - ответил пилот. - Двери будут опечатаны примерно через час. Весь мир следит за этим событием.


Il Conclavo.

II Conclavo.


The word rang a long moment in Langdon's ears before dropping like a brick to the pit of his stomach. Il Conclavo. The Vatican Conclave. How could he have forgotten? It had been in the news recently.

Это слово долгим эхом отозвалось в мозгу Лэнгдона и тяжелым камнем обрушилось куда-то вниз, в область сердца. II Conclavo. Ватиканский конклав. Как он мог забыть? Совсем недавно об этом сообщалось во всех сводках новостей.


Fifteen days ago, the Pope, after a tremendously popular twelve-year reign, had passed away. Every paper in the world had carried the story about the Pope's fatal stroke while sleeping-a sudden and unexpected death many whispered was suspicious. But now, in keeping with the sacred tradition, fifteen days after the death of a Pope, the Vatican was holding Il Conclavo-the sacred ceremony in which the 165 cardinals of the world-the most powerful men in Christendom-gathered in Vatican City to elect the new Pope.

Пятнадцать дней назад, после двенадцатилетнего пребывания на Святом престоле, ушел из жизни всеми любимый папа. Во всех газетах мира появились статьи о случившемся во время сна кровоизлиянии в мозг. Эта смерть стала настолько неожиданной, что у многих возникли подозрения относительно ее действительной причины. Однако об этом предпочитали говорить шепотом. И вот теперь, следуя традиции, ровно через пятнадцать дней после кончины папы, Ватикан созвал конклав. 165 кардиналов съехались в Рим со всех концов христианского мира. Эти наиболее могущественные священнослужители собрались сегодня в Ватикане для того, чтобы избрать нового папу.


Every cardinal on the planet is here today, Langdon thought as the chopper passed over St. Peter's Basilica. The expansive inner world of Vatican City spread out beneath him.

Все кардиналы планеты под одной крышей, думал Лэнгдон, когда вертолет пролетал над собором Святого Петра. За собором его взору открылись знаменитые сады Ватикана и здание правительства.


The entire power structure of the Roman Catholic Church is sitting on a time bomb.

Вся властная структура римско-католической церкви оказалась - в самом буквальном смысле этого слова - на пороховой бочке.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru