Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Dan Brown - Angels and Demons - Дэн Браун - Ангелы и демоны

41

Глава 41


The voice emanating from the camerlegno's speaker phone was metallic and cold, laced with arrogance. Everyone in the room listened. Langdon tried to place the accent. Middle Eastern, perhaps?

Раздавшийся из динамика голос звучал холодно и высокомерно. Все находящиеся в кабинете обратились в слух. Лэнгдон пытался определить акцент человека на другом конце линии. "Скорее всего - Средний Восток", - подумал он.


"I am a messenger of an ancient brotherhood," the voice announced in an alien cadence. "A brotherhood you have wronged for centuries. I am a messenger of the Illuminati."

- Я посланник древнего братства, - произнес голос с совершенно чуждой для них мелодикой. Того братства, которому вы много столетий чинили зло. Я - посланник "Иллюминати".


Langdon felt his muscles tighten, the last shreds of doubt withering away. For an instant he felt the familiar collision of thrill, privilege, and dead fear that he had experienced when he first saw the ambigram this morning.

Лэнгдон почувствовал, как напряглись его мышцы. Исчезла даже последняя тень сомнения. На какое-то мгновение он снова испытал тот священный трепет и тот ужас, которые ощутил сегодня утром, увидев в первый раз амбиграмму.


"What do you want?" the camerlegno demanded.

- Чего вы хотите? - спросил камерарий.


"I represent men of science. Men who like yourselves are searching for the answers. Answers to man's destiny, his purpose, his creator."

- Я представляю людей науки, тех, кто, подобно вам, заняты поисками высшей истины. Тех, кто желает познать судьбу человечества, его предназначение и его творца.


"Whoever you are," the camerlegno said, "I-"

- Кем бы вы ни были, я...


"Silenzio. You will do better to listen. For two millennia your church has dominated the quest for truth. You have crushed your opposition with lies and prophesies of doom. You have manipulated the truth to serve your needs, murdering those whose discoveries did not serve your politics. Are you surprised you are the target of enlightened men from around the globe?"

- Silenzio! Молчите и слушайте! В течение двух тысячелетий в этих поисках доминировала церковь. Вы подавляли любую оппозицию с помощью лжи и пророчеств о грядущем дне Страшного суда. Во имя своих целей вы манипулировали истиной и убивали тех, чьи открытия не отвечали вашим интересам. Почему же вы теперь удивляетесь тому, что стали объектом ненависти во всех уголках Земли?


"Enlightened men do not resort to blackmail to further their causes."

- Просвещенные люди не прибегают к шантажу для достижения своих целей.


"Blackmail?" The caller laughed. "This is not blackmail. We have no demands. The abolition of the Vatican is nonnegotiable. We have waited four hundred years for this day. At midnight, your city will be destroyed. There is nothing you can do."

- Шантажу? - рассмеялся человек на другом конце линии. - Здесь нет никакого шантажа! Мы не выдвигаем никаких требований. Вопрос уничтожения Ватикана не может служить предметом торга. Мы ждали этого дня четыреста долгих лет. В полночь ваш город-государство будет стерт с лица планеты. И вы ничего не можете сделать.


Olivetti stormed toward the speaker phone.

К микрофону рванулся Оливетти.


"Access to this city is impossible! You could not possibly have planted explosives in here!"

- Доступ в город невозможен! - выкрикнул он. - Вы просто не могли разместить здесь взрывчатку!


"You speak with the ignorant devotion of a Swiss Guard. Perhaps even an officer? Surely you are aware that for centuries the Illuminati have infiltrated elitist organizations across the globe. Do you really believe the Vatican is immune?"

- Вы смотрите на мир с позиций, возможно, и преданного делу, но глубоко невежественного швейцарского гвардейца, - с издевкой произнес голос. - Не исключено, что вы - офицер. А если так, то вы не могли не знать, что иллюминаты умели внедряться в самые элитные организации. Почему вы полагаете, что швейцарская гвардия является в этом отношении исключением?


Jesus, Langdon thought, they've got someone on the inside. It was no secret that infiltration was the Illuminati trademark of power. They had infiltrated the Masons, major banking networks, government bodies. In fact, Churchill had once told reporters that if English spies had infiltrated the Nazis to the degree the Illuminati had infiltrated English Parliament, the war would have been over in one month.

"Боже, - подумал Лэнгдон. - У них здесь свой человек". Ученый прекрасно знал, что способность внедриться в любую среду являлась у братства "Иллюминати" главным ключом к достижению власти. Иллюминаты свили себе гнезда среди масонов, в крупнейших банковских системах, в правительственных организациях. Черчилль, обращаясь к английским журналистам, однажды сказал, что если бы английские шпионы наводнили Германию так, как иллюминаты - английский парламент, война закончилась бы не позднее чем через месяц.


"A transparent bluff," Olivetti snapped. "Your influence cannot possibly extend so far."

- Откровенный блеф! - выпалил Оливетти. - Вы не настолько влиятельны, чтобы проникнуть за стены Ватикана.


"Why? Because your Swiss Guards are vigilant? Because they watch every corner of your private world? How about the Swiss Guards themselves? Are they not men? Do you truly believe they stake their lives on a fable about a man who walks on water? Ask yourself how else the canister could have entered your city. Or how four of your most precious assets could have disappeared this afternoon."

- Но почему? Неужели только потому, что швейцарские гвардейцы славятся своей бдительностью? Или потому, что они торчат на каждом углу, охраняя покой вашего замкнутого мирка? Но разве гвардейцы не люди? Неужели вы верите в то, что все они готовы пожертвовать жизнью ради сказок о человеке, способном ходить по воде аки посуху? Ответьте честно на простой вопрос: как ловушка с антивеществом могла оказаться в Ватикане? Или как исчезло из Ватикана ваше самое ценное достояние? Я имею в виду столь необходимую вам четверку...


"Our assets?" Olivetti scowled. "What do you mean?"

- Наше достояние? Четверка? Что вы хотите этим сказать? - спросил Оливетти.


"One, two, three, four. You haven't missed them by now?"

- Раз, два, три, четыре. Неужели вы их до сих пор не хватились?


"What the hell are you talk-" Olivetti stopped short, his eyes rocketing wide as though he'd just been punched in the gut.

- О чем вы... - начал было Оливетти и тут же умолк. Глаза коммандера вылезли из орбит, словно он получил сильнейший удар под ложечку.


"Light dawns," the caller said. "Shall I read their names?"

- Горизонт, похоже, проясняется, - с издевкой произнес посланец иллюминатов. - Может быть, вы хотите, чтобы я произнес их имена?


"What's going on?" the camerlegno said, looking bewildered.

- Что происходит? - отказываясь что-либо понимать, спросил камерарий.


The caller laughed. "Your officer has not yet informed you? How sinful. No surprise. Such pride. I imagine the disgrace of telling you the truth ... that four cardinals he had sworn to protect seem to have disappeared ..."

- Неужели ваш офицер еще не удосужился вас проинформировать? - рассмеялся говорящий. - Но это же граничит со смертным грехом. Впрочем, неудивительно. С такой гордыней... Представляю, какой позор обрушился бы на его голову, скажи он вам правду... скажи он, что четыре кардинала, которых он поклялся охранять, исчезли.


Olivetti erupted. "Where did you get this information!"

- Откуда у вас эти сведения?! - завопил Оливетти.


"Camerlegno," the caller gloated, "ask your commander if all your cardinals are present in the Sistine Chapel."

- Камерарий, - человек, судя по его тону, явно наслаждался ситуацией, - спросите у своего коммандера, все ли кардиналы находятся в данный момент в Сикстинской капелле?


The camerlegno turned to Olivetti, his green eyes demanding an explanation.

Камерарий повернулся к Оливетти, и взгляд его зеленых глаз говорил, что временный правитель Ватикана ждет объяснений.


"Signore," Olivetti whispered in the camerlegno's ear, "it is true that four of our cardinals have not yet reported to the Sistine Chapel, but there is no need for alarm. Every one of them checked into the residence hall this morning, so we know they are safely inside Vatican City. You yourself had tea with them only hours ago. They are simply late for the fellowship preceding conclave. We are searching, but I'm sure they just lost track of time and are still out enjoying the grounds."

- Синьор, - зашептал ему на ухо Оливетти, - это правда, что четыре кардинала еще не явились в Сикстинскую капеллу. Но для тревоги нет никаких оснований. Все они утром находились в своих резиденциях в Ватикане. Час назад вы лично пили с ними чай. Четыре кардинала просто не явились на предшествующую конклаву дружескую встречу. Я уверен, что они настолько увлеклись лицезрением наших садов, что потеряли счет времени.


"Enjoying the grounds?" The calm departed from the camerlegno's voice. "They were due in the chapel over an hour ago!"

- Увлеклись лицезрением садов? - В голосе камерария не осталось и следа его прежнего спокойствия. - Они должны были появиться в капелле еще час назад!


Langdon shot Vittoria a look of amazement. Missing cardinals? So that's what they were looking for downstairs?

Лэнгдон бросил изумленный взгляд на Витторию. Исчезли кардиналы? Так вот, значит, что они там разыскивают!


"Our inventory," the caller said, "you will find quite convincing. There is Cardinal Lamassй from Paris, Cardinal Guidera from Barcelona, Cardinal Ebner from Frankfurt ..."

- Перечень имен выглядит весьма внушительно, и он должен убедить вас в серьезности наших намерений. Это кардинал Ламассэ из Парижа, кардинал Гуидера из Барселоны, кардинал Эбнер из Франкфурта...


Olivetti seemed to shrink smaller and smaller after each name was read.

После каждого произнесенного имени коммандер Оливетти на глазах становился все меньше и меньше ростом.


"And from Italy ... Cardinal Baggia."

- ...и наконец, кардинал Баджиа из Италии.


The camerlegno loosened like a tall ship that had just run sheets first into a dead calm. His frock billowed, and he collapsed in his chair.

Камерарий весь как-то обмяк и обвис. Так обвисают паруса корабля, неожиданно попавшего в мертвый штиль. На его сутане вдруг появились глубокие складки, и он рухнул в кресло, шепча:


"I preferiti," he whispered. "The four favorites ... including Baggia ... the most likely successor as Supreme Pontiff ... how is it possible?"

- I preferiti... Все четыре фаворита, включая Баджиа... наиболее вероятного наследника Святого престола... как это могло случиться?


Langdon had read enough about modern papal elections to understand the look of desperation on the camerlegno's face. Although technically any cardinal under eighty years old could become Pope, only a very few had the respect necessary to command a two-thirds majority in the ferociously partisan balloting procedure. They were known as the preferiti. And they were all gone.

Лэнгдон достаточно много знал о процедуре избрания папы, и отчаяние камерария было ему вполне понятно. Если теоретически каждый из кардиналов не старше восьмидесяти лет мог стать понтификом, то на практике лишь немногие из них пользовались авторитетом, который позволял им рассчитывать на две трети голосов, необходимых для избрания. Этих кардиналов называли preferiti. И все они исчезли.


Sweat dripped from the camerlegno's brow.

На лбу камерария выступил пот.


"What do you intend with these men?"

- Что вы намерены с ними сделать? - спросил он.


"What do you think I intend? I am a descendant of the Hassassin."

- Как вы думаете, что я с ними намерен сделать? Я - потомок ассасинов.


Langdon felt a shiver. He knew the name well. The church had made some deadly enemies through the years-the Hassassin, the Knights Templar, armies that had been either hunted by the Vatican or betrayed by them.

Лэнгдон вздрогнул. Он хорошо знал это слово. В течение столетий церковь имела немало смертельных врагов, среди которых были ассасины и тамплиеры. Это были люди, которых Ватикан либо истреблял, либо предавал.


"Let the cardinals go," the camerlegno said. "Isn't threatening to destroy the City of God enough?"

- Освободите кардиналов, - сказал камерарий. - Разве вам не достаточно уничтожить Град Божий?


"Forget your four cardinals. They are lost to you. Be assured their deaths will be remembered though ... by millions. Every martyr's dream. I will make them media luminaries. One by one. By midnight the Illuminati will have everyone's attention. Why change the world if the world is not watching? Public killings have an intoxicating horror about them, don't they? You proved that long ago ... the inquisition, the torture of the Knights Templar, the Crusades." He paused. "And of course, la purga."

- Забудьте о своих кардиналах. Они для вас потеряны навсегда. Однако можете не сомневаться, что об их смерти будут помнить долгие годы... миллионы людей. Мечта каждого мученика. Я сделаю их звездами прессы и телевидения. Не всех сразу, а одного за другим. К полуночи братство "Иллюминати" станет центром всеобщего внимания. Какой смысл менять мир, если мир этого не видит? В публичном убийстве есть нечто завораживающее. Разве не так? Церковь доказала это много лет назад... инквизиция, мучения, которым вы подвергли тамплиеров, крестовые походы... и, конечно, La purga, - закончил он после недолгой паузы.


The camerlegno was silent.

Камерарий не проронил ни слова.


"Do you not recall la purga?" the caller asked. "Of course not, you are a child. Priests are poor historians, anyway. Perhaps because their history shames them?"

- Неужели вы не знаете, что такое La purga? - спросил потомок ассасинов и тут же сам ответил: - Впрочем, откуда вам знать, ведь вы еще дитя. Служители Бога, как правило, никудышные историки. Возможно, потому, что их прошлые деяния вызывают у них стыд.


"La purga," Langdon heard himself say. "Sixteen sixty-eight. The church branded four Illuminati scientists with the symbol of the cross. To purge their sins."

- La purga, - неожиданно для самого себя произнес Лэнгдон. - 1668 год. В этом году церковь заклеймила четырех ученых-иллюминатов. Выжгла на их телах каленым железом знак креста. Якобы для того, чтобы очистить их от грехов.


"Who is speaking?" the voice demanded, sounding more intrigued than concerned. "Who else is there?"

- Кто это сказал? - поинтересовался невидимый собеседник. В его голосе было больше любопытства, чем озабоченности.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru