Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Dan Brown - Angels and Demons - Дэн Браун - Ангелы и демоны

93

Глава 93


Langdon had no idea where he was going. Reflex was his only compass, driving him away from danger. His elbows and knees burned as he clambered beneath the pews. Still he clawed on. Somewhere a voice was telling him to move left. If you can get to the main aisle, you can dash for the exit. He knew it was impossible. There's a wall of flames blocking the main aisle! His mind hunting for options, Langdon scrambled blindly on. The footsteps closed faster now to his right.

Лэнгдон не имел ни малейшего представления о том, куда двигается. Рефлексы и интуиция служили ему компасом, который уводил его от смертельной опасности. Локти и колени от передвижения под скамьями нещадно болели, однако американец продолжал упорно ползти. Внутренний голос подсказывал ему, что надо двигаться влево. Если удастся добраться до центрального прохода, то можно будет коротким броском достичь выхода, думал он. Однако еще через миг ученый осознал, что это невозможно. Центральный проход перекрывала огненная стена. Пока его мозг лихорадочно искал возможные пути спасения, Лэнгдон продолжал ползти. Справа, совсем близко от него раздавались шаги убийцы.


When it happened, Langdon was unprepared. He had guessed he had another ten feet of pews until he reached the front of the church. He had guessed wrong. Without warning, the cover above him ran out. He froze for an instant, half exposed at the front of the church. Rising in the recess to his left, gargantuan from this vantage point, was the very thing that had brought him here. He had entirely forgotten. Bernini's Ecstasy of St. Teresa rose up like some sort of pornographic still life ... the saint on her back, arched in pleasure, mouth open in a moan, and over her, an angel pointing his spear of fire.

К тому, что произошло через несколько мгновений, Лэнгдон был совершенно не готов. Он рассчитывал, что до того, как он окажется на открытом пространстве, ему еще предстоит проползти по меньшей мере десять футов. Однако ученый просчитался. Неожиданно укрытие над его головой исчезло, и он на миг замер, высунувшись чуть ли не до пояса из-под последнего ряда скамей. До дверей церкви было рукой подать. Справа от него высилась скульптура, которая и привела его сюда и о которой он совершенно забыл. С точки, в которой находился Лэнгдон, изваяние казалось гигантским. Творение Бернини "Экстаз святой Терезы" действительно здорово смахивало на порнографию. Полулежащая на спине святая изогнулась в пароксизме страсти. Рот Терезы был искривлен, и казалось, что из него вот-вот вырвется стон оргазма. Над святой возвышался ангел, указывая вдаль своим огненным копьем.


A bullet exploded in the pew over Langdon's head. He felt his body rise like a sprinter out of a gate. Fueled only by adrenaline, and barely conscious of his actions, he was suddenly running, hunched, head down, pounding across the front of the church to his right. As the bullets erupted behind him, Langdon dove yet again, sliding out of control across the marble floor before crashing in a heap against the railing of a niche on the right-hand wall. It was then that he saw her. A crumpled heap near the back of the church. Vittoria! Her bare legs were twisted beneath her, but Langdon sensed somehow that she was breathing. He had no time to help her.

В скамью над самой головой Лэнгдона ударила пуля. Ученый неожиданно для себя резко сорвался с места - так, как уходит на дистанцию спринтер. Не осознавая до конца своих действий и движимый только адреналином, он, слегка пригнувшись, зигзагами помчался вправо. Когда позади него прогремел очередной выстрел, Лэнгдон снова нырнул на пол головой вперед. Проскользив несколько футов по мраморному полу, он ударился об ограждение ниши в правой стене храма. В этот момент он увидел ее. Виттория! Ее обнаженные ноги были неестественно подогнуты, но каким-то шестым чувством американец смог уловить, что девушка еще дышит. Однако помочь ей он не мог. На это у него не было времени.


Immediately, the killer rounded the pews on the far left of the church and bore relentlessly down. Langdon knew in a heartbeat it was over. The killer raised the weapon, and Langdon did the only thing he could do. He rolled his body over the banister into the niche. As he hit the floor on the other side, the marble columns of the balustrade exploded in a storm of bullets.

Убийца обошел ряды скамей в левом дальнем углу церкви и двинулся в направлении Лэнгдона. Ученый понимал, что через несколько мгновений все будет кончено. Убийца поднял пистолет, и Лэнгдон сделал то единственное, что еще мог сделать. Он броском преодолел ограждение и оказался в нише. В тот момент, когда его тело коснулось мраморного пола, с колонны невысокой балюстрады брызнула мраморная крошка: в колонну, рядом с которой он только что находился, угодила пуля.


Langdon felt like a cornered animal as he scrambled deeper into the semicircular niche. Rising before him, the niche's sole contents seemed ironically apropos-a single sarcophagus. Mine perhaps, Langdon thought. Even the casket itself seemed fitting. It was a scаtola-a small, unadorned, marble box. Burial on a budget. The casket was raised off the floor on two marble blocks, and Langdon eyed the opening beneath it, wondering if he could slide through.

Продвигаясь ползком в глубину ниши, Лэнгдон чувствовал себя загнанным зверем. Находившийся в углублении стены предмет по какой-то странной иронии полностью соответствовал ситуации. Это был массивный саркофаг. "Теперь, возможно, мой", - подумал ученый. Даже по размеру каменный гроб был ему впору. Подобного рода саркофаги - простые, без всяких украшений мраморные ящики - назывались scatola. Экономичная гробница. Саркофаг стоял на двух мраморных плитах, чуть возвышаясь над полом. Лэнгдон прикинул ширину зазора, размышляя, нельзя ли в него забиться.


Footsteps echoed behind him.

Звук шагов раздался совсем рядом.


With no other option in sight, Langdon pressed himself to the floor and slithered toward the casket. Grabbing the two marble supports, one with each hand, he pulled like a breaststroker, dragging his torso into the opening beneath the tomb. The gun went off.

Не видя иных вариантов, Лэнгдон прижался к полу и подполз к саркофагу. Упершись руками в каменные подставки, он, подобно пловцу брассом, сильным рывком задвинул торс в пространство между саркофагом и полом. Грянул выстрел.


Accompanying the roar of the gun, Langdon felt a sensation he had never felt in his life ... a bullet sailing past his flesh. There was a hiss of wind, like the backlash of a whip, as the bullet just missed him and exploded in the marble with a puff of dust. Blood surging, Langdon heaved his body the rest of the way beneath the casket. Scrambling across the marble floor, he pulled himself out from beneath the casket and to the other side.

Лэнгдон испытал то, что никогда раньше ему испытывать не приходилось... он услышал незнакомый звук и ощутил легкое дуновение ветра у щеки. Пуля пролетела совсем рядом. Ее свист, как ему показалось, больше всего напоминал звук, который возникает в тот момент, когда для удара заносится длинный кнут. С мрамора снова брызнули крошки, и Лэнгдон почувствовал, как по лицу полилась кровь. Собрав последние силы, он очередным рывком скрыл все тело в зазоре между полом и каменным гробом. Ломая ногти о пол и обдирая спину о мрамор гроба, американец сумел вылезти из-под саркофага с другой стороны.


Dead end.

Все. Дальше тупик.


Langdon was now face to face with the rear wall of the niche. He had no doubt that this tiny space behind the tomb would become his grave. And soon, he realized, as he saw the barrel of the gun appear in the opening beneath the sarcophagus. The Hassassin held the weapon parallel with the floor, pointing directly at Langdon's midsection.

Перед его лицом была дальняя стена полукруглой ниши. Теперь он не сомневался в том, что это узкое место за каменным гробом станет его могилой. И очень скоро, промелькнула мысль, когда он увидел направленный на него ствол пистолета. Ассасин держал оружие параллельно полу, и дуло смотрело прямо в грудь Лэнгдона.


Impossible to miss.

Промахнуться было невозможно.


Langdon felt a trace of self-preservation grip his unconscious mind. He twisted his body onto his stomach, parallel with the casket. Facedown, he planted his hands flat on the floor, the glass cut from the archives pinching open with a stab. Ignoring the pain, he pushed. Driving his body upward in an awkward push-up, Langdon arched his stomach off the floor just as the gun went off. He could feel the shock wave of the bullets as they sailed beneath him and pulverized the porous travertine behind. Closing his eyes and straining against exhaustion, Langdon prayed for the thunder to stop.

Повинуясь инстинкту самосохранения, Лэнгдон улегся на живот лицом вниз и растянулся вдоль саркофага. Затем он уперся руками в пол и отжался. Из полученных от осколков стекла ран на руках полилась кровь. Однако ученый, превозмогая боль, сумел оторвать тело от пола. Прогремела серия выстрелов, и Лэнгдон почувствовал удар пороховых газов. Пули пролетели под ним, превратив в пыль изрядный кусок стены из пористого итальянского известняка травертина. С трудом удерживаясь на руках и закрыв глаза, Лэнгдон молил о том, чтобы выстрелы прекратились.


And then it did.

И его молитва была услышана.


The roar of gunfire was replaced with the cold click of an empty chamber.

Вместо грома выстрела раздался лишь сухой щелчок бойка. Обойма была пуста.


Langdon opened his eyes slowly, almost fearful his eyelids would make a sound. Fighting the trembling pain, he held his position, arched like a cat. He didn't even dare breathe. His eardrums numbed by gunfire, Langdon listened for any hint of the killer's departure. Silence. He thought of Vittoria and ached to help her.

Лэнгдон очень медленно открыл глаза, словно опасаясь, что движение век произведет слишком много шума. Преодолевая боль и усталость, он, изогнувшись словно кошка, удерживал свое тело в противоестественной позе. Американец даже боялся дышать и лишь напрягал слух в надежде услышать удаляющиеся шаги убийцы. Тишина. Он подумал о Виттории и едва не заскрипел зубами, страдая от того, что не в силах ей помочь.


The sound that followed was deafening. Barely human. A guttural bellow of exertion.

Нарушивший тишину звук показался Лэнгдону оглушающим. Это было почти нечеловеческое рычание, вызванное предельным напряжением сил.


The sarcophagus over Langdon's head suddenly seemed to rise on its side. Langdon collapsed on the floor as hundreds of pounds teetered toward him. Gravity overcame friction, and the lid was the first to go, sliding off the tomb and crashing to the floor beside him. The casket came next, rolling off its supports and toppling upside down toward Langdon. As the box rolled, Langdon knew he would either be entombed in the hollow beneath it or crushed by one of the edges. Pulling in his legs and head, Langdon compacted his body and yanked his arms to his sides. Then he closed his eyes and awaited the sickening crush.

Саркофаг над головой Лэнгдона вдруг стал опрокидываться набок. Ученый рухнул на пол в тот момент, когда на него начали валиться сотни фунтов мрамора. Сила тяжести одолела силу трения. Крышка гроба, соскользнув первой, вдребезги разлетелась от удара о пол совсем рядом с ним. Мраморный гроб скатился со своих опор и начал падать вверх дном на Лэнгдона. Пока саркофаг, теряя равновесие, падал, ученый понял, что он либо окажется погребенным под полой мраморной глыбой, либо его раздавят ее края. Лэнгдон втянул голову, поджал ноги и вытянул руки вдоль тела. После этого он закрыл глаза и стал ждать удара.


When it came, the entire floor shook beneath him. The upper rim landed only millimeters from the top of his head, rattling his teeth in their sockets. His right arm, which Langdon had been certain would be crushed, miraculously still felt intact. He opened his eyes to see a shaft of light. The right rim of the casket had not fallen all the way to the floor and was still propped partially on its supports. Directly overhead, though, Langdon found himself staring quite literally into the face of death.

Когда это произошло, земля под ним задрожала. Верхний край саркофага ударился о пол в каких-то миллиметрах от его головы, и даже его правая рука, которая, как считал американец, неминуемо будет раздавлена, каким-то чудом осталась цела. Он открыл глаза и увидел полоску света. Правая сторона гроба не упала на пол и еще держалась на краях опор. Теперь Лэнгдон смотрел в лицо смерти. Причем - буквально.


The original occupant of the tomb was suspended above him, having adhered, as decaying bodies often did, to the bottom of the casket. The skeleton hovered a moment, like a tentative lover, and then with a sticky crackling, it succumbed to gravity and peeled away. The carcass rushed down to embrace him, raining putrid bones and dust into Langdon's eyes and mouth.

Сверху на него пустыми глазницами смотрел первоначальный обитатель гробницы. Мертвое тело, как часто случается в период разложения, прилипло спиной ко дну гроба. Скелет несколько мгновений нависал над ним, словно нерешительный любовник, а затем с сухим треском рухнул вниз, чтобы заключить американца в свои объятия. В глаза и рот Лэнгдона посыпались прах и мелкие фрагменты костей.


Before Langdon could react, a blind arm was slithering through the opening beneath the casket, sifting through the carcass like a hungry python. It groped until it found Langdon's neck and clamped down. Langdon tried to fight back against the iron fist now crushing his larynx, but he found his left sleeve pinched beneath the edge of the coffin. He had only one arm free, and the fight was a losing battle.

Лэнгдон еще ничего толком не успел понять, как в просвете между полом и краем саркофага появилась чья-то рука и принялась скользить по полу, словно голодный питон. Рука продолжала извиваться до тех пор, пока пальцы не нащупали шею Лэнгдона и не сомкнулись на его горле. Американец пытался сопротивляться, но стальная рука продолжала сдавливать его адамово яблоко. Борьба была безнадежной, поскольку обшлаг левого рукава пиджака был прижат к полу краем гроба и действовать приходилось только одной рукой.


Langdon's legs bent in the only open space he had, his feet searching for the casket floor above him. He found it. Coiling, he planted his feet. Then, as the hand around his neck squeezed tighter, Langdon closed his eyes and extended his legs like a ram. The casket shifted, ever so slightly, but enough. With a raw grinding, the sarcophagus slid off the supports and landed on the floor. The casket rim crashed onto the killer's arm, and there was a muffled scream of pain. The hand released Langdon's neck, twisting and jerking away into the dark. When the killer finally pulled his arm free, the casket fell with a conclusive thud against the flat marble floor.

Используя все свободное пространство, Лэнгдон согнул ноги в попытке нащупать дно гроба. Наконец это ему удалось, и в тот миг, когда захват на горле стал нестерпимым, он что было сил ударил в дно саркофага обеими ногами. Саркофаг сдвинулся едва заметно, но и этого оказалось достаточно, чтобы чудом державшийся на краях опор каменный ящик окончательно упал на пол. Край гроба придавил руку убийцы, и до Лэнгдона донесся приглушенный крик боли. Пальцы на горле профессора разжались, и рука исчезла во тьме. Когда убийце удалось высвободиться, край тяжеленного каменного ящика со стуком упал на совершенно гладкий мраморный пол.


Complete darkness. Again.

Мир погрузился в полную тьму.


And silence.

И в тишину.


There was no frustrated pounding outside the overturned sarcophagus. No prying to get in. Nothing. As Langdon lay in the dark amidst a pile of bones, he fought the closing darkness and turned his thoughts to her.

В лежащий вверх дном саркофаг никто не стучал. Никто не пытался под него заглянуть. Полная темнота и мертвая тишина. Лежа в куче костей, Лэнгдон пытался прогнать охвативший его ужас мыслями о девушке.


Vittoria. Are you alive?

Где ты, Виттория? Жива ли ты?


If Langdon had known the truth-the horror to which Vittoria would soon awake-he would have wished for her sake that she were dead.

Если бы ему была известна вся правда - весь тот ужас, в котором вскоре предстояло очнуться девушке, он пожелал бы ей быстрой и легкой смерти. Ради ее же блага.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru