Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Dan Brown - Angels and Demons - Дэн Браун - Ангелы и демоны

126

Глава 126


Cardinal Mortati knew there were no words in any language that could have added to the mystery of this moment. The silence of the vision over St. Peter's Square sang louder than any chorus of angels.

Кардинал Мортати знал, что ни в одном из языков мира не найдется слов, чтобы описать творящееся на его глазах чудо. Тишина, воцарившаяся над площадью Святого Петра, была гораздо выразительнее, чем пение целого хора ангелов.


As he stared up at Camerlegno Ventresca, Mortati felt the paralyzing collision of his heart and mind. The vision seemed real, tangible. And yet ... how could it be? Everyone had seen the camerlegno get in the helicopter. They had all witnessed the ball of light in the sky. And now, somehow, the camerlegno stood high above them on the rooftop terrace. Transported by angels? Reincarnated by the hand of God?

Глядя на камерария Карло Вентреска, Мортати всем своим существом ощущал борьбу, которую ведут между собой его сердце и разум. Видение казалось реальным и вполне осязаемым. Но тем не менее... как он мог там появиться? Все видели, что камерарий улетел на вертолете. Весь мир наблюдал за появлением в небе огненного шара. И вот теперь священник каким-то непостижимым образом оказался высоко над ними на террасе собора, рядом с самим Христом. Неужели его перенесли туда ангелы? Или, может быть, сам Творец воссоздал его из пепла?


This is impossible ...

Но подобное невозможно...


Mortati's heart wanted nothing more than to believe, but his mind cried out for reason. And yet all around him, the cardinals stared up, obviously seeing what he was seeing, paralyzed with wonder.

Сердце Мортати хотело верить в чудо, но его разум призывал к реальности. Взоры всех кардиналов были обращены в сторону собора, и священнослужители явно видели то же, что видел он. Новое чудо, которое явил Творец, привело их в близкое к параличу состояние.


It was the camerlegno. There was no doubt. But he looked different somehow. Divine. As if he had been purified. A spirit? A man? His white flesh shone in the spotlights with an incorporeal weightlessness.

Да, это, вне всякого сомнения, был камерарий. Но выглядел он как-то по-иному. В нем ощущалось нечто божественное. Казалось, что он прошел обряд очищения. Может быть, это дух? Или все-таки человек? В ослепительно белом свете прожекторов Карло Вентреска казался невесомым.


In the square there was crying, cheering, spontaneous applause. A group of nuns fell to their knees and wailed saetas. A pulsing grew from in the crowd. Suddenly, the entire square was chanting the camerlegno's name. The cardinals, some with tears rolling down their faces, joined in. Mortati looked around him and tried to comprehend. Is this really happening?

С площади до Мортати стали доноситься рыдания, приветственные возгласы и даже аплодисменты. Группа монахинь рухнула на колени и громко запела гимн. Толпа на площади становилась все более шумной... Затем последовала короткая пауза, и все люди, не сговариваясь, начали выкрикивать имя камерария. Все кардиналы присоединились к этим крикам, по щекам некоторых из них катились слезы. Мортати оглядывался по сторонам, пытаясь осмыслить происходящее. Неужели это действительно случилось?


* * *

* * *


Camerlegno Carlo Ventresca stood on the rooftop terrace of St. Peter's Basilica and looked down over the multitudes of people staring up at him. Was he awake or dreaming? He felt transformed, otherworldly. He wondered if it was his body or just his spirit that had floated down from heaven toward the soft, darkened expanse of the Vatican City Gardens ... alighting like a silent angel on the deserted lawns, his black parachute shrouded from the madness by the towering shadow of St. Peter's Basilica.

Камерарий Карло Вентреска стоял на верхней террасе собора и вглядывался в тысячи и тысячи обращенных к нему лиц. Он не знал до конца, происходит ли это наяву или видится ему во сне. Ему казалось, что он перевоплотился и существует уже в ином мире. Камерарий задавал себе вопрос: что спустилось с небес на мирные сады Ватикана - его бренное тело или всего лишь нетленная душа? Он снизошел на землю, словно одинокий ангел, а громада собора скрывала от глаз беснующейся на площади толпы его черный парашют. Камерарий не знал, что сумело вознестись по старинной лестнице на террасу собора - его изможденное тело или неутомимый дух...


He wondered if it was his body or his spirit that had possessed the strength to climb the ancient Stairway of Medallions to the rooftop terrace where he now stood. He felt as light as a ghost.

Он стоял высоко над толпой, и ему казалось, что тело его стало невесомым. Карло Вентреска казался самому себе призраком.


Although the people below were chanting his name, he knew it was not him they were cheering. They were cheering from impulsive joy, the same kind of joy he felt every day of his life as he pondered the Almighty. They were experiencing what each of them had always longed for ... an assurance of the beyond ... a substantiation of the power of the Creator.

Хотя люди внизу выкрикивали его имя, камерарий твердо знал, что приветствуют они вовсе не его. Они кричали потому, что испытывали счастье, которое он сам испытывал каждый день, общаясь с Всемогущим. Люди наконец ощутили те чувства, которые постоянно жаждали ощутить. Они всегда хотели узнать, что находится за гранью... Им необходимо было узреть доказательства всемогущества Создателя.


Camerlegno Ventresca had prayed all his life for this moment, and still, even he could not fathom that God had found a way to make it manifest. He wanted to cry out to them. Your God is a living God! Behold the miracles all around you!

Камерарий Карло Вентреска всю жизнь молил о приходе подобного момента, но даже в самых смелых своих мечтаниях он не мог предположить, что Господь явит себя именно таким образом. Ему хотелось крикнуть в толпу: "Оглядитесь - и вы увидите вокруг себя чудеса! Бог живет в вас каждую минуту!"


He stood there a while, numb and yet feeling more than he had ever felt. When, at last, the spirit moved him, he bowed his head and stepped back from the edge.

Некоторое время он стоял молча, испытывая чувства, которых раньше никогда не ведал. Затем, следуя внутреннему порыву, клирик склонил голову и отступил от края террасы.


Alone now, he knelt on the roof, and prayed.

Оказавшись в одиночестве на крыше, камерарий опустился на колени и приступил к молитве.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru