Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Dan Brown - Angels and Demons - Дэн Браун - Ангелы и демоны

129

Глава 129


In the hallway outside the Sistine Chapel, Vittoria Vetra sat benumbed on a bench at the foot of the Royal Staircase. When she saw the figure coming through the rear door, she wondered if she were seeing another spirit. He was bandaged, limping, and wearing some kind of medical suit.

Виттория Ветра по-прежнему сидела в одиночестве на каменной скамье у подножия Королевской лестницы неподалеку от Сикстинской капеллы. Когда через заднюю дверь в помещение проникла какая-то фигура, девушке показалось, что она снова видит призрак. Призрак был в бинтах, хромал на обе ноги, и на нем был костюм работника "скорой помощи".


She stood ... unable to believe the vision.

Не веря своим глазам, она поднялась на ноги и прошептала:


"Ro ... bert?"

- Ро... Роберт?


He never answered. He strode directly to her and wrapped her in his arms. When he pressed his lips to hers, it was an impulsive, longing kiss filled with thankfulness.

Лэнгдон не ответил. Молча проковыляв к ней, он заключил ее в объятия и поцеловал в губы. В этом импульсивном действии девушка ощутила боль и благодарность.


Vittoria felt the tears coming. "Oh, God ... oh, thank God ..."

- Благодарю тебя, Боже, - прошептала она, не сдерживая слез. - Благодарю!..


He kissed her again, more passionately, and she pressed against him, losing herself in his embrace. Their bodies locked, as if they had known each other for years. She forgot the fear and pain. She closed her eyes, weightless in the moment.

Он поцеловал ее еще раз, и девушка целиком растворилась в этом поцелуе. Их тела слились воедино так, словно они знали друг друга уже много лет. Забыв боль и страх, Виттория стояла, прижавшись к нему, и на какой-то миг ей показалось, что она стала невесомой.


* * *

* * *


"It is God's will!" someone was yelling, his voice echoing in the Sistine Chapel. "Who but the chosen one could have survived that diabolical explosion?"

- Это Божья воля! - выкрикнул кто-то, и эхо его голоса прокатилось под сводами Сикстинской капеллы. - Кто, кроме избранника Божьего, мог пережить дьявольский взрыв?!


"Me," a voice reverberated from the back of the chapel.

- Я, - послышался голос от дверей капеллы.


Mortati and the others turned in wonder at the bedraggled form coming up the center aisle.

Все кардиналы повернулись и с изумлением уставились на плетущегося к ним человека.


"Mr... . Langdon?"

- Мистер... Лэнгдон? - не веря своим глазам, спросил Мортати.


Without a word, Langdon walked slowly to the front of the chapel. Vittoria Vetra entered too. Then two guards hurried in, pushing a cart with a large television on it. Langdon waited while they plugged it in, facing the cardinals. Then Langdon motioned for the guards to leave. They did, closing the door behind them. Now it was only Langdon, Vittoria, and the cardinals. Langdon plugged the Sony RUVI's output into the television. Then he pressed PLAY.

Не говоря ни слова, ученый прошел к алтарю. Следом за ним шла Виттория Ветра. Два швейцарских гвардейца вкатили в капеллу тележку с большим телевизором. Пока гвардейцы размещали телевизор экраном к кардиналам и включали его в сеть, Лэнгдон не двигался. Как только швейцарцы ушли, ученый вставил кабель камеры "Сони" в гнездо входа на телевизоре и нажал кнопку воспроизведения.


The television blared to life.

Экран ожил.


The scene that materialized before the cardinals revealed the Pope's office. The video had been awkwardly filmed, as if by hidden camera. Off center on the screen the camerlegno stood in the dimness, in front of a fire. Although he appeared to be talking directly to the camera, it quickly became evident that he was speaking to someone else-whoever was making this video. Langdon told them the video was filmed by Maximilian Kohler, the director of CERN. Only an hour ago Kohler had secretly recorded his meeting with the camerlegno by using a tiny camcorder covertly mounted under the arm of his wheelchair.

Перед глазами кардиналов возник папский кабинет. Картинка была не очень четкой. Создавалось впечатление, что снимали скрытой камерой. В правой части изображения находился камерарий. Он стоял рядом с камином, но его лицо оставалось в тени. Хотя клирик говорил прямо в камеру, было ясно, что он обращался к кому-то еще - очевидно, к человеку, который вел съемку. Лэнгдон пояснил, что фильм снимал директор ЦЕРНа Максимилиан Колер. Всего лишь час назад Колер записал свою беседу с камерарием при помощи крошечной видеокамеры, вмонтированной в подлокотник его инвалидного кресла.


Mortati and the cardinals watched in bewilderment. Although the conversation was already in progress, Langdon did not bother to rewind. Apparently, whatever Langdon wanted the cardinals to see was coming up ...

Мортати и остальные кардиналы в недоумении взирали на экран. Хотя беседа продолжалась уже некоторое время, Лэнгдон не стал отматывать пленку. Видимо, та часть фильма, которую, по мнению ученого, должны были увидеть высокопоставленные священнослужители, только начиналась...


* * *

* * *


"Leonardo Vetra kept diaries?" the camerlegno was saying. "I suppose that is good news for CERN. If the diaries contain his processes for creating antimatter-"

- Неужели Леонардо Ветра вел дневник? - говорил камерарий. - Если так, то это, я полагаю, прекрасная новость для ЦЕРНа. В том случае, если в дневнике изложена технология получения антивещества...


"They don't," Kohler said. "You will be relieved to know those processes died with Leonardo. However, his diaries spoke of something else. You."

- Там этого нет, - сказал Колер. - Вы, видимо, почувствуете облегчение, узнав, что способ получения антиматерии умер вместе с Леонардо. В его дневнике говорится о другом. А именно - о вас.


The camerlegno looked troubled. "I don't understand."

- Не понимаю, - ответил камерарий. Было заметно, что слова директора его встревожили.


"They described a meeting Leonardo had last month. With you."

- Там имеется запись о его встрече с вами, имевшей место месяц назад.


The camerlegno hesitated, then looked toward the door.

Камерарий помолчал немного, а затем, взглянув на дверь, произнес:


"Rocher should not have granted you access without consulting me. How did you get in here?"

- Рошер не должен был пускать вас сюда, не заручившись моим согласием. Каким образом вам удалось проникнуть в кабинет?


"Rocher knows the truth. I called earlier and told him what you have done."

- Рошеру все известно. Я предварительно позвонил ему и рассказал о том, что вы сделали.


"What I have done? Whatever story you told him, Rocher is a Swiss Guard and far too faithful to this church to believe a bitter scientist over his camerlegno."

- Что я сделал? Что бы вы ему ни наплели, Рошер - швейцарский гвардеец, который слишком предан этой церкви, чтобы поверить словам озлобленного ученого.


"Actually, he is too faithful not to believe. He is so faithful that despite the evidence that one of his loyal guards had betrayed the church, he refused to accept it. All day long he has been searching for another explanation."

- Вы правы, он действительно предан церкви. Предан настолько, что, несмотря на то что все улики указывали на одного из его швейцарцев, отказывался поверить, что его люди способны на предательство. Он весь день искал другие объяснения.


"So you gave him one."

- И вы ему подобное объяснение обеспечили?


"The truth. Shocking as it was."

- Да. Я рассказал ему всю правду. Правду, прямо говоря, шокирующую.


"If Rocher believed you, he would have arrested me."

- Если Рошер вам поверил, он должен был немедленно арестовать меня...


"No. I wouldn't let him. I offered him my silence in exchange for this meeting."

- Нет. Я этого не допустил, обещав свое молчание в обмен на встречу с вами.


The camerlegno let out an odd laugh. "You plan to blackmail the church with a story that no one will possibly believe?"

- Неужели вы намерены шантажировать церковь россказнями, в которые скорее всего никто не поверит? - с каким-то странным смешком сказал камерарий.


"I have no need of blackmail. I simply want to hear the truth from your lips. Leonardo Vetra was a friend."

- Я никого не собираюсь шантажировать. Я всего лишь хочу услышать правду из ваших уст. Леонардо Ветра был моим другом.


The camerlegno said nothing. He simply stared down at Kohler.

Камерарий, не отвечая на эти слова, повернулся лицом к камину.


"Try this," Kohler snapped. "About a month ago, Leonardo Vetra contacted you requesting an urgent audience with the Pope-an audience you granted because the Pope was an admirer of Leonardo's work and because Leonardo said it was an emergency."

- Что же, в таком случае скажу я, - продолжал Колер. - Примерно месяц назад Леонардо Ветра вступил с вами в контакт и попросил срочной аудиенции у папы. Вы организовали эту встречу, поскольку понтифик всегда восхищался научными успехами Леонардо. Кроме того, Ветра сказал вам, что возникла чрезвычайная ситуация и дело не терпит отлагательства.


The camerlegno turned to the fire. He said nothing.

Камерарий молча смотрел в огонь.


"Leonardo came to the Vatican in great secrecy. He was betraying his daughter's confidence by coming here, a fact that troubled him deeply, but he felt he had no choice. His research had left him deeply conflicted and in need of spiritual guidance from the church. In a private meeting, he told you and the Pope that he had made a scientific discovery with profound religious implications. He had proved Genesis was physically possible, and that intense sources of energy-what Vetra called God-could duplicate the moment of Creation."

- Леонардо тайно прибыл в Ватикан. Моего друга очень огорчало то, что он тем самым нарушал данное дочери слово, но иного выбора у него не было. Последнее открытие породило в душе Леонардо серьезный конфликт, и он очень нуждался в духовном руководстве. Во время конфиденциальной встречи он сообщил папе и вам, что совершил открытие, которое может иметь самые серьезные религиозные последствия. Он доказал физическую возможность акта Творения. Опыты Ветра показали, что с помощью мощного источника энергии - который мой друг именовал Богом - можно воспроизвести момент Творения.


Silence.

Ответом директору было молчание.


"The Pope was stunned," Kohler continued. "He wanted Leonardo to go public. His Holiness thought this discovery might begin to bridge the gap between science and religion-one of the Pope's life dreams. Then Leonardo explained to you the downside-the reason he required the church's guidance. It seemed his Creation experiment, exactly as your Bible predicts, produced everything in pairs. Opposites. Light and dark. Vetra found himself, in addition to creating matter, creating antimatter. Shall I go on?"

- Папа был потрясен, - продолжал Колер. - Он хотел, чтобы Леонардо публично сообщил о своем достижении. Его святейшество полагал, что это открытие сможет проложить мост через пропасть между наукой и религией. А об этом папа мечтал всю свою жизнь. Но затем Леонардо рассказал вам о другой стороне эксперимента. О том, что вынудило его обратиться за духовным наставлением. Дело в том, что в результате акта Творения все создавалось парами (так утверждает ваша Библия), причем парами противоположностей. Как свет и тьма, например. Ветра обнаружил, что это справедливо и в отношении его эксперимента. Создав вещество, он одновременно создал и его противоположность - антивещество. Это его беспокоило. Стоит ли мне продолжать?


The camerlegno was silent. He bent down and stoked the coals.

Камерарий вместо ответа наклонился к огню и пошевелил кочергой уголья.


"After Leonardo Vetra came here," Kohler said, "you came to CERN to see his work. Leonardo's diaries said you made a personal trip to his lab."

- Через некоторое время вы посетили ЦЕРН, чтобы лично ознакомиться с работой Леонардо. В дневниках доктора Ветра есть упоминание о том, что вы были в его лабораторий.


The camerlegno looked up. Kohler went on.

Камерарий посмотрел на Колера, который сказал:


"The Pope could not travel without attracting media attention, so he sent you. Leonardo gave you a secret tour of his lab. He showed you an antimatter annihilation-the Big Bang-the power of Creation. He also showed you a large specimen he kept locked away as proof that his new process could produce antimatter on a large scale. You were in awe. You returned to Vatican City to report to the Pope what you had witnessed."

- Поездка папы неизбежно привлекла бы внимание прессы, поэтому он направил в Женеву вас. Леонардо тайно провел вас по своей лаборатории. Он показал вам аннигиляцию. Модель Большого взрыва. Или, если хотите, энергию Творения. Более того, Леонардо Ветра провел вас в хранилище опасных материалов, где вы увидели большой образец антивещества. Образец, который был призван доказать, что антиматерию можно производить в значительных количествах. Вы выразили Леонардо свое восхищение и, вернувшись в Ватикан, доложили папе обо всем, что видели.


The camerlegno sighed. "And what is it that troubles you? That I would respect Leonardo's confidentiality by pretending before the world tonight that I knew nothing of antimatter?"

- И что же, простите, вас так гложет? - со вздохом спросил камерарий. - Неужели то, что, уважая волю Леонардо Ветра, я этим вечером делал вид, что мне ничего не известно об антивеществе?


"No! It troubles me that Leonardo Vetra practically proved the existence of your God, and you had him murdered!"

- Нет! Меня гложет то, что вы организовали его убийство, хотя он практически доказал существование вашего Бога!


The camerlegno turned now, his face revealing nothing.

Камерарий смотрел на Колера, и на его лице нельзя было увидеть никаких эмоций.


The only sound was the crackle of the fire.

А потрескивание горящих поленьев было единственным звуком, нарушавшим тишину кабинета.


Suddenly, the camera jiggled, and Kohler's arm appeared in the frame. He leaned forward, seeming to struggle with something affixed beneath his wheelchair. When he sat back down, he held a pistol out before him. The camera angle was a chilling one ... looking from behind ... down the length of the outstretched gun ... directly at the camerlegno.

Неожиданно камера задрожала, и на экране возникла рука Колера. Было видно, что директор лихорадочно пытается извлечь из-под кресла какой-то предмет. Через несколько секунд в его руке появился пистолет. Картинка получилась очень выразительной: смотревшая сзади камера показывала во всю длину руку с зажатым в ней оружием. Ствол пистолета был направлен прямо в грудь камерария.


Kohler said, "Confess your sins, Father. Now."

- Признавайтесь в своих грехах, святой отец. Признавайтесь немедленно!


The camerlegno looked startled. "You will never get out of here alive."

- Вы понимаете, что живым вам отсюда не выбраться? - испуганно произнес камерарий.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru