Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Dan Brown - Digital Fortress - Дэн Браун - Цифровая крепость

"Gut?"

- Жила?


"Yeah. Catgut. Squash racquet string of champions."

- Да. Кошачья жила. Из нее делают струны для ракеток.


"That's pleasant." She groaned.

- Как мило, - вздохнула она.


"Your diagnosis?" Becker inquired. Susan thought a minute.

- Итак, твой диагноз? - потребовал он. Сьюзан на минуту задумалась.


"You're a childish, sexually frustrated squash fiend."

- Склонность к ребячеству, фанат сквоша с подавляемой сексуальностью.


Becker shrugged.

Беккер пожал плечами:


"Sounds about right."

- Не исключено, что ты попала в точку.


It went on like that for weeks. Over dessert at all-night diners Becker would ask endless questions.

Так продолжалось несколько недель. За десертом в ночных ресторанах он задавал ей бесконечные вопросы.


Where had she learned mathematics?

Где она изучала математику?


How did she end up at the NSA?

Как она попала в АНБ?


How did she get so captivating?

Как ей удалось стать столь привлекательной?


Susan blushed and admitted she'd been a late bloomer. Lanky and awkward with braces through her late teens, Susan said her Aunt Clara had once told her God's apology for Susan's plainness was to give her brains. A premature apology, Becker thought.

Покраснев, Сьюзан сказала, что созрела довольно поздно. Чуть ли не до двадцати лет она была худой и нескладной и носила скобки на зубах, так что тетя Клара однажды сказала, что Господь Бог наградил ее умом в утешение за невзрачные внешние данные. Господь явно поторопился с утешением, подумал Беккер.


Susan explained that her interest in cryptography had started in junior high school. The president of the computer club, a towering eighth grader named Frank Gutmann, typed her a love poem and encrypted it with a number-substitution scheme. Susan begged to know what it said. Frank flirtatiously refused. Susan took the code home and stayed up all night with a flashlight under her covers until she figured out the secret-every number represented a letter. She carefully deciphered the code and watched in wonder as the seemingly random digits turned magically into beautiful poetry. In that instant, she knew she'd fallen in love-codes and cryptography would become her life.

Сьюзан также сообщила, что интерес к криптографии появился у нее еще в школе, в старших классах. Президент компьютерного клуба, верзила из восьмого класса Фрэнк Гут-манн, написал ей любовные стихи и зашифровал их, подставив вместо букв цифры. Сьюзан упрашивала его сказать, о чем в них говорилось, но он, кокетничая, отказывался. Тогда она взяла послание домой и всю ночь просидела под одеялом с карманным фонариком, пытаясь раскрыть секрет. Наконец она поняла, что каждая цифра обозначала букву с соответствующим порядковым номером. Она старательно расшифровывала текст, завороженная тем, как на первый взгляд произвольный набор цифр превращался в красивые стихи. В тот момент она поняла, что нашла свою любовь - шифры и криптография отныне станут делом ее жизни.


Almost twenty years later, after getting her master's in mathematics from Johns Hopkins and studying number theory on a full scholarship from MIT, she submitted her doctoral thesis, Cryptographic Methods, Protocols, and Algorithms for Manual Applications. Apparently her professor was not the only one who read it; shortly afterward, Susan received a phone call and a plane ticket from the NSA.

Почти через двадцать лет, получив степень магистра математики в Университете Джонса Хопкинса и окончив аспирантуру по теории чисел со стипендией Массачусетского технологического института, она представила докторскую диссертацию- "Криптографические методы, протоколы и алгоритмы ручного шифрования". По-видимому, ее работу прочел не только научный руководитель, потому что вскоре последовал телефонный звонок, а затем по почте ей доставили авиационный билет от АНБ.


Everyone in cryptography knew about the NSA; it was home to the best cryptographic minds on the planet. Each spring, as the private-sector firms descended on the brightest new minds in the workforce and offered obscene salaries and stock options, the NSA watched carefully, selected their targets, and then simply stepped in and doubled the best standing offer. What the NSA wanted, the NSA bought. Trembling with anticipation, Susan flew to Washington's Dulles International Airport where she was met by an NSA driver, who whisked her off to Fort Meade.

Все, кто имел отношение к криптографии, знали, что о АНБ собраны лучшие криптографические умы нашей планеты. Каждую весну, когда частные фирмы начинают охоту за талантливой молодежью, соблазняя ее неприлично высокими окладами и фондовыми опционами в придачу, АНБ внимательно наблюдает за этим, выделяет наиболее подходящих и удваивает предлагаемую сумму. АНБ покупает все, что ему требуется. Дрожа от нетерпения, Сьюзан вылетела в Вашингтон. В международном аэропорту Далласа девушку встретил шофер АНБ, доставивший ее в Форт-Мид.


There were forty-one others who had received the same phone call that year. At twenty-eight, Susan was the youngest. She was also the only female. The visit turned out to be more of a public relations bonanza and a barrage of intelligence testing than an informational session. In the week that followed, Susan and six others where invited back. Although hesitant, Susan returned. The group was immediately separated. They underwent individual polygraph tests, background searches, handwriting analyses, and endless hours of interviews, including taped inquiries into their sexual orientations and practices. When the interviewer asked Susan if she'd ever engaged in sex with animals, she almost walked out, but somehow the mystery carried her through-the prospect of working on the cutting edge of code theory, entering "The Puzzle Palace," and becoming a member of the most secretive club in the world-the National Security Agency. Becker sat riveted by her stories.

В тот год аналогичное приглашение получили еще сорок кандидатов. Двадцативосьмилетняя Сьюзан оказалась среди них младшей и к тому же единственной женщиной. Визит вылился в сплошной пиар и бесчисленные интеллектуальные тесты при минимуме информации по существу дела. Через неделю Сьюзан и еще шестерых пригласили снова. Сьюзан заколебалась, но все же поехала. По приезде группу сразу же разделили. Все они подверглись проверке на полиграф-машине, иными словами - на детекторе лжи: были тщательно проверены их родственники, изучены особенности почерка, и с каждым провели множество собеседований на всевозможные темы, включая сексуальную ориентацию и соответствующие предпочтения. Когда интервьюер спросил у Сьюзан, не занималась ли она сексом с животными, она с трудом удержалась, чтобы не выбежать из кабинета, но, так или иначе, верх взяли любопытство, перспектива работы на самом острие теории кодирования, возможность попасть во "Дворец головоломок" и стать членом наиболее секретного клуба в мире - Агентства национальной безопасности. Беккер внимательно слушал ее рассказ.


"They actually asked you if you'd had sex with animals?" Susan shrugged.

- В самом деле спросили про секс с животными? Сьюзан пожала плечами.


"Part of the routine background check."

- Обычная проверка кандидата.


"Well..." Becker fought off a grin. "What did you say?"

- Ну и ну... - Беккер с трудом сдержал улыбку. - И что же ты ответила?


She kicked him under the table.

Она ткнула его в ногу носком туфли.


"I told them no!" Then she added, "And until last night, it was true."

- Я сказала "нет"! - И, выдержав паузу, добавила: - И до вчерашней ночи это была правда.


In Susan's eyes, David was as close to perfect as she could imagine. He only had one unfortunate quality; every time they went out, he insisted on picking up the check. Susan hated seeing him lay down a full day's salary on dinner for two, but Becker was immovable. Susan learned not to protest, but it still bothered her. I make more money than I know what to do with, she thought. I should be paying.

В глазах Сьюзан Дэвид был самим совершенством - насколько вообще такое возможно. Одно только ее беспокоило: всякий раз, когда они куда-то ходили, он решительно противился тому, чтобы она сама платила за себя. Сьюзан не могла с этим смириться, видя, как он выкладывает за их обед свою дневную заработную плату, но спорить с ним было бесполезно. Она в конце концов перестала протестовать, но это продолжало ее беспокоить. "Я зарабатываю гораздо больше, чем в состоянии потратить, - думала она, - поэтому будет вполне естественным, если я буду платить".


Nonetheless, Susan decided that aside from David's outdated sense of chivalry, he was ideal. He was compassionate, smart, funny, and best of all, he had a sincere interest in her work. Whether it was during trips to the Smithsonian, bike rides, or burning spaghetti in Susan's kitchen, David was perpetually curious. Susan answered what questions she could and gave David the general, unclassified overview of the National Security Agency. What David heard enthralled him.

Но если не считать его изрядно устаревших представлений о рыцарстве, Дэвид, по мнению Сьюзан, вполне соответствовал образцу идеального мужчины. Внимательный и заботливый, умный, с прекрасным чувством юмора и, самое главное, искренне интересующийся тем, что она делает. Чем бы они ни занимались - посещали Смитсоновский институт, совершали велосипедную прогулку или готовили спагетти у нее на кухне, - Дэвид всегда вникал во все детали. Сьюзан отвечала на те вопросы, на которые могла ответить, и постепенно у Дэвида сложилось общее представление об Агентстве национальной безопасности - за исключением, разумеется, секретных сторон деятельности этого учреждения.


Founded by President Truman at 12:01 a.m. on November 4, 1952, the NSA had been the most clandestine intelligence agency in the world for almost fifty years. The NSA's seven-page inception doctrine laid out a very concise agenda: to protect U.S. government communications and to intercept the communications of foreign powers.

Основанное президентом Трумэном в 12 часов 01 минуту 4 ноября 1952 года, АНБ на протяжении почти пятидесяти лет оставалось самым засекреченным разведывательным ведомством во всем мире. Семистраничная доктрина сжато излагала программу его работы: защищать системы связи американского правительства и перехватывать сообщения зарубежных государств.


The roof of the NSA's main operations building was littered with over five hundred antennas, including two large radomes that looked like enormous golf balls. The building itself was mammoth-over two million square feet, twice the size of CIA headquarters. Inside were eight million feet of telephone wire and eighty thousand square feet of permanently sealed windows.

На крыше главного служебного здания АНБ вырос лес из более чем пятисот антенн, среди которых были две большие антенны, закрытые обтекателями, похожими на громадные мячи для гольфа. Само здание также было гигантских размеров - его площадь составляла более двух миллионов квадратных футов, вдвое больше площади штаб-квартиры ЦРУ. Внутри было протянуто восемь миллионов футов телефонного кабеля, общая площадь постоянно закрытых окон составляла восемьдесят тысяч квадратных футов.


Susan told David about COMINT, the agency's global reconnaissance division-a mind-boggling collection of listening posts, satellites, spies, and wiretaps around the globe. Thousands of communiquйs and conversations were intercepted every day, and they were all sent to the NSA's analysts for decryption. The FBI, CIA, and U.S. foreign policy advisors all depended on the NSA's intelligence to make their decisions.

Сьюзан рассказала Дэвиду про КОМИНТ, подразделение глобальной разведки, в распоряжении которого находилось немыслимое количество постов прослушивания, спутников-шпионов и подслушивающих устройств по всему земному шару. Ежедневно тысячи сообщений и разговоров перехватывались и посылались экспертам АНБ для дешифровки. Разведданные, поставляемые агентством, влияли на процесс принятия решений ФБР, ЦРУ, а также внешнеполитическими советниками правительства США.


Becker was mesmerized.

Беккер был потрясен.


"And code-breaking? Where do you fit in?"

- А как насчет вскрытия шифров? Какова твоя роль во всем этом?


Susan explained how the intercepted transmissions often originated from dangerous governments, hostile factions, and terrorist groups, many of whom were inside U.S. borders. Their communications were usually encoded for secrecy in case they ended up in the wrong hands-which, thanks to COMINT, they usually did. Susan told David her job was to study the codes, break them by hand, and furnish the NSA with the deciphered messages. This was not entirely true.

Сьюзан объяснила, что перехватываемые сообщения обычно исходят от правительств потенциально враждебных стран, политических фракций, террористических групп, многие из которых действуют на территории США. Эти сообщения обычно бывают зашифрованы: на тот случай, если они попадут не в те руки, - а благодаря КОМИНТ это обычно так и происходит. Сьюзан сообщила Дэвиду, что ее работа заключается в изучении шифров, взламывании их ручными методами и передаче расшифрованных сообщений руководству. Но это было не совсем так.


Susan felt a pang of guilt over lying to her new love, but she had no choice. A few years ago it would have been accurate, but things had changed at the NSA. The whole world of cryptography had changed. Susan's new duties were classified, even to many in the highest echelons of power.

Сьюзан переживала из-за того, что ей пришлось солгать любимому человеку, но у нее не было другого выхода. Все, что она сказала, было правдой еще несколько лет назад, но с тех пор положение в АН Б изменилось. Да и весь мир криптографии изменился. Новые обязанности Сьюзан были засекречены, в том числе и для многих людей в высших эшелонах власти.


"Codes," Becker said, fascinated. "How do you know where to start? I mean... how do you break them?"

- Шифры, - задумчиво сказал Беккер - Откуда ты знаешь, с чего начинать? То есть... как ты их вскрываешь?


Susan smiled.

Сьюзан улыбнулась:


"You of all people should know. It's like studying a foreign language. At first the text looks like gibberish, but as you learn the rules defining its structure, you can start to extract meaning."

- Уж ты-то мог бы это понять. Это все равно что изучать иностранный язык. Сначала текст воспринимается как полная бессмыслица, но по мере постижения законов построения его структуры начинает появляться смысл.


Becker nodded, impressed. He wanted to know more.

Беккер понимающе кивнул, но ему хотелось знать больше.


With Merlutti's napkins and concert programs as her chalkboard, Susan set out to give her charming new pedagogue a mini course in cryptography. She began with Julius Caesar's "perfect square" cipher box.

Используя вместо классной доски салфетки ресторана Мерлутти или концертные программы, Сьюзан дала этому популярному и очень привлекательному преподавателю первые уроки криптографии. Она начала с "совершенного квадрата" Юлия Цезаря.


Caesar, she explained, was the first code-writer in history. When his foot-messengers started getting ambushed and his secret communiquйs stolen, he devised a rudimentary way to encrypt this directives. He rearranged the text of his messages such that the correspondence looked senseless. Of course, it was not. Each message always had a letter-count that was a perfect square-sixteen, twenty-five, one hundred-depending on how much Caesar needed to say. He secretly informed his officers that when a random message arrived, they should transcribe the text into a square grid. If they did, and read top-to-bottom, a secret message would magically appear.

Цезарь, объясняла она, был первым в истории человеком, использовавшим шифр. Когда его посыльные стали попадать в руки врага имеете с его секретными посланиями, он придумал примитивный способ шифровки своих указаний. Он преобразовывал послания таким образом, чтобы текст выглядел бессмыслицей. Что, разумеется, было не так. Каждое послание состояло из числа букв, равного полному квадрату, - шестнадцати, двадцати пяти, ста - в зависимости оттого, какой объем информации нужно было передать. Цезарь тайно объяснил офицерам, что по получении этого якобы случайного набора букв они должны записать текст таким образом, чтобы он составил квадрат. Тогда, при чтении сверху вниз, перед глазами магически возникало тайное послание.


Over time Caesar's concept of rearranging text was adopted by others and modified to become more difficult to break. The pinnacle of non computer-based encryption came during World War II. The Nazis built a baffling encryption machine named Enigma. The device resembled an old-fashioned typewriter with brass interlocking rotors that revolved in intricate ways and shuffled cleartext into confounding arrays of seemingly senseless character groupings. Only by having another Enigma machine, calibrated the exact same way, could the recipient break the code.

С течением времени этот метод преобразования текста был взят на вооружение многими другими и модифицирован, с тем чтобы его труднее было прочитать. Кульминация развития докомпьютерного шифрования пришлась на время Второй мировой войны. Нацисты сконструировали потрясающую шифровальную машину, которую назвали "Энигма". Она была похожа на самую обычную старомодную пишущую машинку с медными взаимосвязанными роторами, вращавшимися сложным образом и превращавшими открытый текст в запутанный набор на первый взгляд бессмысленных групп знаков. Только с помощью еще одной точно так же настроенной шифровальной машины получатель текста мог его прочесть.


Becker listened, spellbound. The teacher had become the student.

Беккер слушал как завороженный. Учитель превратился в ученика.


One night, at a university performance of The Nutcracker, Susan gave David his first basic code to break. He sat through the entire intermission, pen in hand, puzzling over the eleven-letter message:

Однажды вечером на университетском представлении "Щелкунчика" Сьюзан предложила Дэвиду вскрыть шифр, который можно было отнести к числу базовых. Весь антракт он просидел с ручкой в руке, ломая голову над посланием из одиннадцати букв:


HL FKZC VD LDS

HL FKZC VD LDS


Finally, just as the lights dimmed for the second half, he got it. To encode, Susan had simply replaced each letter of her message with the letter preceding it in the alphabet. To decrypt the code, all Becker had to do was shift each letter one space forward in the alphabet-"A" became "B," "B" became "C," and so on. He quickly shifted the remaining letters. He never imagined four little syllables could make him so happy:

В конце концов, когда уже гасли огни перед началом второго акта, его осенило. Шифруя послание, Сьюзан просто заменила в нем каждую букву на предшествующую ей алфавите. Для расшифровки Беккеру нужно было всего лишь подставить вместо имеющихся букв те, что следовали непосредственно за ними: А превращалось в В, В - в С и так далее. Беккер быстро проделал это со всеми буквами. Он никогда не думал, что четыре слова могут сделать его таким счастливым:


IM GLAD WE MET

IM GLAD WE MET Что означало: "Я рада, что мы встретились".


He quickly scrawled his response and handed it to her:

Он быстро нацарапал на программке ответ и протянул Сьюзан:


LD SNN

LD SNN - ME TOO, что означало: "Я тоже".


Susan read it and beamed.

Сьюзан, прочитав, просияла.


Becker had to laugh; he was thirty-five years-old, and his heart was doing back flips. He'd never been so attracted to a woman in his life. Her delicate European features and soft brown eyes reminded him of an ad for Estйe Lauder. If Susan's body had been lanky and awkward as a teenager, it sure wasn't now. Somewhere along the way, she had developed a willowy grace-slender and tall with full, firm breasts and a perfectly flat abdomen. David often joked that she was the first swimsuit model he'd ever met with a doctorate in applied mathematics and number theory. As the months passed, they both started to suspect they'd found something that could last a lifetime.

Беккер расхохотался. Он дожил до тридцати пяти лет, а сердце у него прыгало, как у влюбленного мальчишки. Никогда еще его не влекло ни к одной женщине. Изящные европейские черты лица и карие глаза делали Сьюзан похожей на модель, рекламирующую косметику "Эсте Лаудер". Худоба и неловкость подростка бесследно исчезли. С годами она приобрела гибкость и грацию. У нее была высокая стройная фигура с пышной грудью и по-юношески плоским животом. Дэвид шутил, что она может стать первой моделью для рекламы купальников, имеющей докторскую степень по прикладной математике и теории чисел. Через несколько месяцев оба начали подозревать, что обрели нечто такое, что может продлиться всю жизнь.


They'd been together almost two years when, out of the blue, David proposed to her. It was on a weekend trip to the Smoky Mountains. They were lying on a big canopy bed at Stone Manor. He had no ring-he just blurted it out. That's what she loved about him-he was so spontaneous. She kissed him long and hard. He took her in his arms and slipped off her nightgown.

Они были вместе уже два года, когда Дэвид вдруг сделал ей предложение. Это случилось во время поездки на уик-энд в Смоки-Маунтинс. Они лежали на широкой кровати под балдахином в "Стоун-Мэнор". О кольце он позаботиться не успел, слова пришли сами собой. Именно это и нравилось ей в нем - спонтанность решений. Она надолго прижалась губами к его губам. Он обвил ее руками, и они сами собой начали стягивать с нее ночную рубашку.


"I'll take that as a yes," he said, and they made love all night by the warmth of the fire.

- Я понимаю это как знак согласия, - сказал он, и они не отрывались друг от друга всю ночь, согреваемые теплом камина.


That magical evening had been six months ago-before David's unexpected promotion to chairman of the Modern Language Department. Their relationship had been in a downhill slide ever since.

Этот волшебный вечер был шесть месяцев назад, до того как Дэвида неожиданно назначили главой факультета современных языков. С тех пор их отношения развивались с быстротой скольжения по склону горы.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru