Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Chapter 1 - ГЛАВА 1.

Robert Langdon awoke slowly.

Роберт Лэнгдон проснулся не сразу.


A telephone was ringing in the darkness-a tinny, unfamiliar ring. He fumbled for the bedside lamp and turned it on. Squinting at his surroundings he saw a plush Renaissance bedroom with Louis XVI furniture, hand-frescoed walls, and a colossal mahogany four-poster bed.

Где-то в темноте звонил телефон. Вот только звонок звучал непривычно резко, пронзительно. Пошарив на тумбочке, он включил лампу-ночник. И, щурясь, разглядывал обстановку: обитая бархатом спальня в стиле Ренессанса, мебель времен Людовика XVI, стены с фресками ручной работы, огромная кровать красного дерева под балдахином.


Where the hell am I?

Где я, черт побери?


The jacquard bathrobe hanging on his bedpost bore the monogram: HOTEL RITZ PARIS.

На спинке кресла висел жаккардовый халат с монограммой: "ОТЕЛЬ „РИТЦ", ПАРИЖ".


Slowly, the fog began to lift. Langdon picked up the receiver.

Туман в голове начал постепенно рассеиваться. Лэнгдон поднял трубку:


"Hello?"

- Алло?


"Monsieur Langdon?" a man's voice said. "I hope I have not awoken you?"

- Месье Лэнгдон? - раздался мужской голос. - Надеюсь, я вас не разбудил?

Dazed, Langdon looked at the bedside clock. It was 12:32 A.M. He had been asleep only an hour, but he felt like the dead.

Щурясь, Лэнгдон посмотрел на настольные часы. Они показывали 12. 32 ночи. Он проспал всего час и был еле живым от усталости.


"This is the concierge, monsieur. I apologize for this intrusion, but you have a visitor. He insists it is urgent."

- Это портье, месье. Извините за беспокойство, но к вам посетитель. Говорит, что у него срочное дело.


Langdon still felt fuzzy. A visitor? His eyes focused now on a crumpled flyer on his bedside table.

Лэнгдон все еще плохо соображал. Посетитель? Взгляд упал на измятый листок бумаги на тумбочке. То была небольшая афишка.


THE AMERICAN UNIVERSITY OF PARIS

АМЕРИКАНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ПАРИЖА


proudly presents

имеет честь пригласить


AN EVENING WITH ROBERT LANGDON

на встречу с Робертом Лэнгдоном,


PROFESSOR OF RELIGIOUS SYMBOLOGY,

профессором религиозной символики


HARVARD UNIVERSITY

Гарвардского университета


Langdon groaned. Tonight's lecture-a slide show about pagan symbolism hidden in the stones of Chartres Cathedral-had probably ruffled some conservative feathers in the audience. Most likely, some religious scholar had trailed him home to pick a fight.

Лэнгдон тихонько застонал. Вечерняя лекция сопровождалась демонстрацией слайдов: языческий символизм, нашедший отражение в каменной кладке собора в Шартре, - и консервативной профессуре она наверняка пришлась не по вкусу. А может, самые религиозные ученые даже попросят его вон и посадят на первый же рейс до Америки.


"I'm sorry," Langdon said, "but I'm very tired and-"

- Извините, - ответил Лэнгдон, - но я очень устал и...


"Mais, monsieur," the concierge pressed, lowering his voice to an urgent whisper. "Your guest is an important man."

- Mais, monsieur , - продолжал настаивать портье, понизив голос до интимного шепота. - Ваш гость - весьма влиятельная персона.


Langdon had little doubt. His books on religious paintings and cult symbology had made him a reluctant celebrity in the art world, and last year Langdon's visibility had increased a hundredfold after his involvement in a widely publicized incident at the Vatican. Since then, the stream of self-important historians and art buffs arriving at his door had seemed never-ending.

Лэнгдон ничуть не сомневался в этом. Книги по религиозной живописи и культовой символике сделали его своего рода знаменитостью в мире искусств, только со знаком минус. А в прошлом году скандальная слава Лэнгдона лишь приумножилась благодаря его участию в довольно двусмысленном инциденте в Ватикане, который широко освещался прессой. И с тех пор его просто одолевали разного рода непризнанные историки и дилетанты от искусства, так и валили толпой.


"If you would be so kind," Langdon said, doing his best to remain polite, "could you take the man's name and number, and tell him I'll try to call him before I leave Paris on Tuesday? Thank you." He hung up before the concierge could protest.

- Будьте добры, - Лэнгдон изо всех сил старался говорить вежливо, - запишите имя и адрес этого человека. И скажите, что я постараюсь позвонить ему в четверг, перед отъездом из Парижа. О'кей? Спасибо! - И он повесил трубку прежде, чем портье успел что-либо возразить.


Sitting up now, Langdon frowned at his bedside Guest Relations Handbook, whose cover boasted: SLEEP LIKE A BABY IN THE CITY OF LIGHTS. SLUMBER AT THE PARIS RITZ. He turned and gazed tiredly into the full-length mirror across the room. The man staring back at him was a stranger-tousled and weary.

Он сел в кровати и, хмурясь, уставился на лежавший на столике ежедневник для гостей отеля, на обложке которого красовалась казавшаяся теперь издевательской надпись: "СПИТЕ КАК МЛАДЕНЕЦ В ГОРОДЕ ОГНЕЙ, СЛАДКАЯ ДРЕМА В ОТЕЛЕ „РИТЦ", ПАРИЖ". Он отвернулся и устало взглянул в высокое зеркало на стене. Мужчина, отразившийся там, был почти незнакомцем. Встрепанный, усталый.


You need a vacation, Robert.

Тебе нужно как следует отдохнуть, Роберт.


The past year had taken a heavy toll on him, but he didn't appreciate seeing proof in the mirror. His usually sharp blue eyes looked hazy and drawn tonight. A dark stubble was shrouding his strong jaw and dimpled chin. Around his temples, the gray highlights were advancing, making their way deeper into his thicket of coarse black hair. Although his female colleagues insisted the gray only accentuated his bookish appeal, Langdon knew better.

Особенно тяжелым выдался последний год, и это отразилось на внешности. Обычно такие живые синие глаза потускнели и смотрели уныло. Скулы и подбородок с ямочкой затеняла щетина. Волосы на висках серебрились сединой, мало того, седые волоски проблескивали и в густой черной шевелюре. И хотя все коллеги женского пола уверяли, что седина страшно ему идет, подчеркивает ученый вид, сам он был вовсе не в восторге.


If Boston Magazine could see me now.

Видели бы меня сейчас в "Бостон мэгазин"!


Last month, much to Langdon's embarrassment, Boston Magazine had listed him as one of that city's top ten most intriguing people-a dubious honor that made him the brunt of endless ribbing by his Harvard colleagues. Tonight, three thousand miles from home, the accolade had resurfaced to haunt him at the lecture he had given.

В прошлом месяце, к изумлению и некоторой растерянности Лэнгдона, журнал "Бостон мэгазин" включил его в список десяти самых "интригующих" людей города - сомнительная честь, поскольку это стало предметом постоянных насмешек со стороны коллег по Гарварду. И вот сейчас в трех тысячах миль от дома оказанная ему журналом честь обернулась кошмаром, преследовавшим его даже на лекции в Парижском университете.


"Ladies and gentlemen..." the hostess had announced to a full house at the American University of Paris's Pavilion Dauphine, "Our guest tonight needs no introduction. He is the author of numerous books: The Symbology of Secret Sects, The An of the Illuminati, The Lost Language of Ideograms, and when I say he wrote the book on Religious Iconology, I mean that quite literally. Many of you use his textbooks in class."

- Дамы и господа, - объявила ведущая на весь битком набитый зал под названием "Павильон дофина", - наш сегодняшний гость не нуждается в представлении. Он - автор множества книг, в их числе: "Символика тайных сект", "Искусство интеллектуалов: утраченный язык идеограмм". И если я скажу, что именно из-под его пера вышла "Религиозная иконология", то не открою вам большой тайны. Для многих из вас его книги стали учебниками.


The students in the crowd nodded enthusiastically.

Студенты энергично закивали в знак согласия.


"I had planned to introduce him tonight by sharing his impressive curriculum vitae. However..." She glanced playfully at Langdon, who was seated onstage. "An audience member has just handed me a far more, shall we say... intriguing introduction."

- И вот сегодня я хотела представить его вам, очертив столь впечатляющий curriculum vitae этого человека. Но... - тут она игриво покосилась на сидевшего за столом президиума Лэнгдона, - один из наших студентов только что предоставил мне еще более, если так можно выразиться, интригующее вступление.


She held up a copy of Boston Magazine.

И она показала номер бостонского журнала.


Langdon cringed. Where the hell did she get that?

Лэнгдона передернуло. Где, черт побери, она это раздобыла?


The hostess began reading choice excerpts from the inane article, and Langdon felt himself sinking lower and lower in his chair. Thirty seconds later, the crowd was grinning, and the woman showed no signs of letting up.

Ведущая начала зачитывать отрывки совершенно идиотской статьи, а Лэнгдон все глубже и глубже вжимался в кресло. Тридцать секунд спустя аудитория уже вовсю хихикала, а дамочка никак не унималась.


"And Mr. Langdon's refusal to speak publicly about his unusual role in last year's Vatican conclave certainly wins him points on our intrigue-o-meter." The hostess goaded the crowd. "Would you like to hear more?"

- "Отказ мистера Лэнгдона рассказать средствам массовой информации о своей необычной роли в прошлогоднем совещании в Ватикане определенно помог ему набрать очки в борьбе за вхождение в первую десятку "интриганов"". - Тут она умолкла и обратилась к аудитории: - Хотите послушать еще?


The crowd applauded. Somebody stop her, Langdon pleaded as she dove into the article again.

Ответом были дружные аплодисменты. Нет, кто-то должен ее остановить, подумал Лэнгдон. А она зачитывала новый отрывок:


"Although Professor Langdon might not be considered hunk-handsome like some of our younger awardees, this forty-something academic has more than his share of scholarly allure. His captivating presence is punctuated by an unusually low, baritone speaking voice, which his female students describe as 'chocolate for the ears.' "

- "Хотя профессора Лэнгдона в отличие от некоторых наших молодых претендентов нельзя считать таким уж сногсшибательным красавчиком, в свои сорок с хвостиком он в полной мере наделен шармом ученого. И его очарование лишь подчеркивает низкий баритон, который, по мнению студенток, действует "прямо как шоколад на уши"".


The hall erupted in laughter.

Зал так и грохнул от смеха.


Langdon forced an awkward smile. He knew what came next-some ridiculous line about "Harrison Ford in Harris tweed"-and because this evening he had figured it was finally safe again to wear his Harris tweed and Burberry turtleneck, he decided to take action.

Лэнгдон выдавил робкую улыбочку. Он знал, что последует дальше - пассаж на тему "Гаррисон Форд в твиде от Гарриса". И поскольку сегодня он опрометчиво вырядился в твидовый пиджак от Гарриса и водолазку от Бербери, то решил срочно предпринять какие-то меры.


"Thank you, Monique," Langdon said, standing prematurely and edging her away from the podium. "Boston Magazine clearly has a gift for fiction." He turned to the audience with an embarrassed sigh. "And if I find which one of you provided that article, I'll have the consulate deport you."

- Благодарю вас, Моник, - сказал Лэнгдон, поднялся и сошел с подиума. - В этом бостонском журнале определенно работают люди, наделенные даром художественного слова. Им бы романы писать. - Он вздохнул и оглядел аудиторию. - И если я только узнаю, кто приволок сюда этот журнал, потребую вышвырнуть мерзавца вон.


The crowd laughed.

Все снова дружно расхохотались.


"Well, folks, as you all know, I'm here tonight to talk about the power of symbols..."

- Что ж, друзья мои, как всем известно, я пришел сегодня к вам поговорить о власти символов...


The ringing of Langdon's hotel phone once again broke the silence.

Звонок телефона прервал размышления Лэнгдона.


Groaning in disbelief, he picked up.

Он обречено вздохнул и снял трубку:


"Yes?"

- Да?


As expected, it was the concierge.

Как и ожидалось, это снова был портье.


"Mr. Langdon, again my apologies. I am calling to inform you that your guest is now en route to your room. I thought I should alert you."

- Мистер Лэнгдон, еще раз прошу прощения за беспокойство. Но я звоню сообщить вам, что гость уже на пути к вашей комнате. Вот я и подумал, может, лучше предупредить вас.


Langdon was wide awake now.

Лэнгдон проснулся окончательно.


"You sent someone to my room?"

- Так вы направили его ко мне в номер?


"I apologize, monsieur, but a man like this... I cannot presume the authority to stop him."

- Прошу прощения, месье, но человек такого ранга... Просто подумал, что не вправе останавливать его.


"Who exactly is he?"

- Да кто он такой наконец?


But the concierge was gone.

Но портье уже повесил трубку.


Almost immediately, a heavy fist pounded on Langdon's door.

И почти тотчас же раздался громкий стук в дверь.


Uncertain, Langdon slid off the bed, feeling his toes sink deep into the savonniere carpet. He donned the hotel bathrobe and moved toward the door.

Лэнгдон нехотя поднялся с кровати, босые ступни утонули в толстом пушистом ковре. Он накинул халат и направился к двери.


"Who is it?"

- Кто там?


"Mr. Langdon? I need to speak with you." The man's English was accented-a sharp, authoritative bark. "My name is Lieutenant Jerome Collet. Direction Centrale Police Judiciaire."

- Мистер Лэнгдон? Мне необходимо переговорить с вами. - По-английски мужчина говорил с акцентом, голос звучал резко и властно. - Я лейтенант Жером Колле. Из Центрального управления судебной полиции.


Langdon paused. The Judicial Police? The DCPJ was the rough equivalent of the U.S. FBI.

Лэнгдон замер. Центральное управление судебной полиции, или сокращенно ЦУСП? Он знал, что эта организация во Франции примерно то же, что в США ФБР.


Leaving the security chain in place, Langdon opened the door a few inches. The face staring back at him was thin and washed out. The man was exceptionally lean, dressed in an official-looking blue uniform.

Не снимая цепочку, он приотворил дверь на несколько дюймов. На него смотрело худое лицо с невыразительными, как бы стертыми чертами. Да и сам мужчина в синей форме был невероятно худ.


"May I come in?" the agent asked.

- Я могу войти? - спросил Колле.


Langdon hesitated, feeling uncertain as the stranger's sallow eyes studied him.

Лэнгдон колебался, ощущая на себе пристальный изучающий взгляд лейтенанта.


"What is this all about?"

- А в чем, собственно, дело?


"My capitaine requires your expertise in a private matter."

- Моему капитану требуется ваша помощь. Экспертиза в одном частном деле.


"Now?" Langdon managed. "It's after midnight."

- Прямо сейчас? - удивился Лэнгдон. - Но ведь уже за полночь перевалило.


"Am I correct that you were scheduled to meet with the curator of the Louvre this evening?"

- Сегодня вечером вы должны были встретиться с куратором Лувра, я правильно информирован?


Langdon felt a sudden surge of uneasiness. He and the revered curator Jacques Sauniere had been slated to meet for drinks after Langdon's lecture tonight, but Sauniere had never shown up.

У Лэнгдона возникло тревожное предчувствие. Действительно, он и достопочтенный Жак Соньер договаривались встретиться после лекции и поболтать за выпивкой, однако куратор так и не объявился.


"Yes. How did you know that?"

- Да. Но откуда вы знаете?


"We found your name in his daily planner."

- Нашли вашу фамилию у него в настольном календаре.


"I trust nothing is wrong?"

- Надеюсь, с ним все в порядке?


The agent gave a dire sigh and slid a Polaroid snapshot through the narrow opening in the door.

Агент вздохнул и сунул в щель снимок, сделанный "Поляроидом".


When Langdon saw the photo, his entire body went rigid.

Увидев фотографию, Лэнгдон похолодел.


"This photo was taken less than an hour ago. Inside the Louvre."

- Снимок сделан меньше часа назад. В стенах Лувра.


As Langdon stared at the bizarre image, his initial revulsion and shock gave way to a sudden upwelling of anger.

Лэнгдон не сводил глаз с леденящей душу картины, и его отвращение и возмущение выразились в сердитом возгласе:


"Who would do this!"

- Но кто мог сделать такое?!


"We had hoped that you might help us answer that very question, considering your knowledge in symbology and your plans to meet with him."

- Это мы и хотим выяснить. И надеемся, вы поможете нам, учитывая ваши знания в области религиозной символики и намерение встретиться с Соньером.


Langdon stared at the picture, his horror now laced with fear. The image was gruesome and profoundly strange, bringing with it an unsettling sense of deja vu. A little over a year ago, Langdon had received a photograph of a corpse and a similar request for help. Twenty-four hours later, he had almost lost his life inside Vatican City. This photo was entirely different, and yet something about the scenario felt disquietingly familiar.

Лэнгдон не отрывал глаз от снимка, и на смену возмущению пришел страх. Зрелище отвратительное, но дело тут не только в этом. У него возникло тревожное ощущение deja vu . Чуть больше года назад Лэнгдон получил снимок трупа и аналогичную просьбу о помощи. А еще через двадцать четыре часа едва не расстался с жизнью, и случилось это в Ватикане. Нет, этот снимок совсем другой, но, однако же, явное сходство в сценарии имело место.


The agent checked his watch. "My capitaine is waiting, sir."

Агент взглянул на часы: - Мой капитан ждет, сэр.


Langdon barely heard him. His eyes were still riveted on the picture.

По Лэнгдон его не слышал. Глаза по-прежнему были устремлены на снимок.


"This symbol here, and the way his body is so oddly..."

- Вот этот символ здесь, и потом то, что тело так странно...


"Positioned?" the agent offered.

- Он отравлен? - предположил агент.


Langdon nodded, feeling a chill as he looked up.

Лэнгдон кивнул, вздрогнул и поднял на него взгляд:


"I can't imagine who would do this to someone."

- Просто представить не могу, кто мог сотворить такое... Агент помрачнел.


The agent looked grim. "You don't understand, Mr. Langdon. What you see in this photograph..." He paused. "Monsieur Sauniere did that to himself."

- Вы не поняли, мистер Лэнгдон. То, что вы видите на снимке... - Тут он запнулся. - Короче, месье Соньер это сам с собой сделал.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru