Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Chapter 2 - ГЛАВА 2.

One mile away, the hulking albino named Silas limped through the front gate of the luxurious brownstone residence on Rue La Bruyere. The spiked cilice belt that he wore around his thigh cut into his flesh, and yet his soul sang with satisfaction of service to the Lord.

Примерно в миле от отеля "Ритц" альбинос по имени Сайлас, прихрамывая, прошел в ворота перед роскошным особняком красного кирпича на рю Лабрюйер. Подвязка с шипами, сплетенная из человеческих волос, которую он носил на бедре, больно впивалась в кожу, однако душа его пела от радости. Еще бы, он славно послужил Господу.


Pain is good.

Боль, она только на пользу.


His red eyes scanned the lobby as he entered the residence. Empty. He climbed the stairs quietly, not wanting to awaken any of his fellow numeraries. His bedroom door was open; locks were forbidden here. He entered, closing the door behind him.

Он вошел в особняк, обежал красными глазками вестибюль. А затем начал тихо подниматься по лестнице, стараясь не разбудить своих спящих товарищей. Дверь в его спальню была открыта, замки здесь запрещались. Он вошел и притворил за собой дверь.


The room was spartan-hardwood floors, a pine dresser, a canvas mat in the corner that served as his bed. He was a visitor here this week, and yet for many years he had been blessed with a similar sanctuary in New York City.

Обстановка в комнате была спартанская - голый дощатый пол, простенький сосновый комод, в углу полотняный матрас, служивший постелью. Здесь Сайлас был всего лишь гостем, однако и дома, в Нью-Йорке, у него была примерно такая же келья


The Lord has provided me shelter and purpose in my life. Tonight, at last, Silas felt he had begun to repay his debt. Hurrying to the dresser, he found the cell phone hidden in his bottom drawer and placed a call.

Господь подарил мне кров и цель в жизни. По крайней мере сегодня Сайлас чувствовал, что начал оплачивать долги. Поспешно подошел к комоду, выдвинул нижний ящик, нашел там мобильник и набрал номер.


"Yes?" a male voice answered.

.- Да? - прозвучал мужской голос.


"Teacher, I have returned."

- Учитель, я вернулся.


"Speak," the voice commanded, sounding pleased to hear from him.

- Говори! - повелительно произнес собеседник.


"All four are gone. The three senechaux... and the Grand Master himself."

- Со всеми четырьмя покончено. С тремя senechaux... и самим Великим мастером.


There was a momentary pause, as if for prayer.

В трубке повисла пауза, словно собеседник возносил Богу краткую молитву.


"Then I assume you have the information?"

- В таком случае, полагаю, ты раздобыл информацию?


"All four concurred. Independently."

- Все четверо сознались. Независимо один от другого.


"And you believed them?"

- И ты им поверил?


"Their agreement was too great for coincidence."

- Говорили одно и то же. Вряд ли это совпадение.


An excited breath.

Собеседник возбужденно выдохнул в трубку:


"Excellent. I had feared the brotherhood's reputation for secrecy might prevail."

- Отлично! Я боялся, что здесь возобладает присущая братству тяга к секретности.


"The prospect of death is strong motivation."

- Ну, перспектива смерти - сильная мотивация.


"So, my pupil, tell me what I must know."

- Итак, мой ученик, скажи наконец то, что я так хотел знать.


Silas knew the information he had gleaned from his victims would come as a shock.

Сайлас понимал: информация, полученная им от жертв, произведет впечатление разорвавшейся бомбы.


"Teacher, all four confirmed the existence of the clef de voute... the legendary keystone."

- Учитель, все четверо подтвердили существование clef de voute... легендарного краеугольного камня.


He heard a quick intake of breath over the phone and could feel the Teacher's excitement.

Он отчетливо слышал, как человек на том конце линии затаил дыхание, почувствовал возбуждение, овладевшее Учителем.


"The keystone. Exactly as we suspected."

- Краеугольный камень. Именно то, что мы предполагали.


According to lore, the brotherhood had created a map of stone-a clef de voute... or keystone-an engraved tablet that revealed the final resting place of the brotherhood's greatest secret... information so powerful that its protection was the reason for the brotherhood's very existence.

Согласно легенде, братство создало карту clef de voute, или краеугольного камня. Она представляла собой каменную пластину с выгравированными на ней знаками, описывавшими, где хранится величайший секрет братства... Эта информация обладала такой взрывной силой, что защита ее стала смыслом существования самого братства.


"When we possess the keystone," the Teacher said, "we will be only one step away."

- Ну а теперь, когда камень у нас, - сказал Учитель, - остался всего лишь один, последний шаг.


"We are closer than you think. The keystone is here in Paris."

- Мы еще ближе, чем вы думаете. Краеугольный камень здесь, в Париже.


"Paris? Incredible. It is almost too easy."

- В Париже? Невероятно! Даже как-то слишком просто.


Silas relayed the earlier events of the evening... how all four of his victims, moments before death, had desperately tried to buy back their godless lives by telling their secret. Each had told Silas the exact same thing-that the keystone was ingeniously hidden at a precise location inside one of Paris's ancient churches-the Eglise de Saint-Sulpice.

Сайлас пересказал ему события минувшего вечера. Поведал о том, как каждая из четырех жертв за секунды до смерти пыталась выкупить свою нечестивую жизнь, выдав все секреты братства. И каждый говорил Сайласу одно и то же: что краеугольный камень весьма хитроумно запрятан в укромном месте, в одной из древнейших церквей Парижа - Эглиз де Сен-Сюльпис.


"Inside a house of the Lord," the Teacher exclaimed. "How they mock us!"

- В стенах дома Господня! - воскликнул Учитель. - Да как они только посмели насмехаться над нами?!


"As they have for centuries."

- Они занимаются этим вот уже несколько веков.


The Teacher fell silent, as if letting the triumph of this moment settle over him. Finally, he spoke.

Учитель умолк, словно желая насладиться моментом торжества. А потом сказал:


"You have done a great service to God. We have waited centuries for this. You must retrieve the stone for me. Immediately. Tonight. You understand the stakes."

- Ты оказал нашему Создателю громадную услугу. Мы ждали этого часа много столетий. Ты должен добыть этот камень для меня. Немедленно. Сегодня же! Надеюсь, понимаешь, как высоки ставки?


Silas knew the stakes were incalculable, and yet what the Teacher was now commanding seemed impossible.

Сайлас понимал, однако же требование Учителя показалось невыполнимым.


"But the church, it is a fortress. Especially at night. How will I enter?"

- Но эта церковь как укрепленная крепость. Особенно по ночам. Как я туда попаду?


With the confident tone of a man of enormous influence, the Teacher explained what was to be done.

И тогда уверенным тоном человека, обладающего огромной властью и влиянием, Учитель объяснил ему, как это надо сделать.


When Silas hung up the phone, his skin tingled with anticipation.

Сайлас повесил трубку и почувствовал, как кожу начало покалывать от возбуждения.


One hour, he told himself, grateful that the Teacher had given him time to carry out the necessary penance before entering a house of God. I must purge my soul of today's sins. The sins committed today had been holy in purpose. Acts of war against the enemies of God had been committed for centuries. Forgiveness was assured.

Один час, напомнил он себе, благодарный Учителю за то, что тот дал ему возможность наложить на себя епитимью перед тем, как войти в обитель Господа. Я должен очистить душу от совершенных сегодня грехов. Впрочем, сегодняшние его грехи были совершены с благой целью. Войны против врагов Господа продолжались веками. Прощение было обеспечено.


Even so, Silas knew, absolution required sacrifice.

Но несмотря на это, Сайлас знал: отпущение грехов требует жертв.


Pulling his shades, he stripped naked and knelt in the center of his room. Looking down, he examined the spiked cilice belt clamped around his thigh. All true followers of The Way wore this device-a leather strap, studded with sharp metal barbs that cut into the flesh as a perpetual reminder of Christ's suffering. The pain caused by the device also helped counteract the desires of the flesh.

Он задернул шторы, разделся донага и преклонил колени в центре комнаты. Потом опустил глаза и взглянул на подвязку с шипами, охватывающую бедро. Все истинные последователи "Пути" носили такие подвязки - ремешок, утыканный заостренными металлическими шипами, которые врезались в плоть при каждом движении и напоминали о страданиях Иисуса. Боль помогала также сдерживать плотские порывы.


Although Silas already had worn his cilice today longer than the requisite two hours, he knew today was no ordinary day. Grasping the buckle, he cinched it one notch tighter, wincing as the barbs dug deeper into his flesh. Exhaling slowly, he savored the cleansing ritual of his pain.

Хотя сегодня Сайлас носил свой ремешок дольше положенных двух часов, он понимал: этот день необычный. И вот он ухватывался за пряжку и туже затянул ремешок, морщась от боли, когда шипы еще глубже впились в плоть. Закрыл глаза и стал упиваться этой болью, несущей очищение.


Pain is good, Silas whispered, repeating the sacred mantra of Father Josemaria Escriva-the Teacher of all Teachers. Although Escriva had died in 1975, his wisdom lived on, his words still whispered by thousands of faithful servants around the globe as they knelt on the floor and performed the sacred practice known as "corporal mortification."

Боль только на пользу, мысленно произносил Сайлас слова из священной мантры отца Хосе Мария Эскрива, Учителя всех учителей. Хотя сам Эскрива умер в 1975 году, дело его продолжало жить, мудрые его слова продолжали шептать тысячи преданных слуг по всему земному шару, особенно когда опускались на колени и исполняли священный ритуал, известный под названием "умерщвление плоти".


Silas turned his attention now to a heavy knotted rope coiled neatly on the floor beside him. The Discipline. The knots were caked with dried blood. Eager for the purifying effects of his own agony, Silas said a quick prayer. Then, gripping one end of the rope, he closed his eyes and swung it hard over his shoulder, feeling the knots slap against his back. He whipped it over his shoulder again, slashing at his flesh. Again and again, he lashed.

Затем Сайлас обернулся и взглянул на грубо сплетенный канат в мелких узелках, аккуратно свернутый на полу у его ног. Узелки были запачканы запекшейся кровью. Предвкушая еще более сильную очистительную боль, Сайлас произнес короткую молитву. Затем схватил канат за один конец, зажмурился и хлестнул себя по спине через плечо, чувствуя, как узелки царапают кожу. Снова хлестнул, уже сильнее. И долго продолжал самобичевание.


Castigo corpus meum.

- Castigo corpus meum .


Finally, he felt the blood begin to flow.

И вот наконец он почувствовал, как по спине потекла кровь.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru