Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Chapter 83 - ГЛАВА 83.

Langdon's Mickey Mouse wristwatch read almost seven-thirty when he emerged from the Jaguar limousine onto Inner Temple Lane with Sophie and Teabing. The threesome wound through a maze of buildings to a small courtyard outside the Temple Church. The rough-hewn stone shimmered in the rain, and doves cooed in the architecture overhead.

На часах Лэнгдона с Микки-Маусом было почти половина восьмого, когда он вместе с Софи и Тибингом вышел из лимузина на Иннер-Темпл-лейн. Обсаженная деревьями дорожка, пролегавшая между зданий, привела их в маленький двор перед церковью Темпла. Деревянная крыша блестела от дождя, где-то наверху ворковали голуби.


London's ancient Temple Church was constructed entirely of Caen stone. A dramatic, circular edifice with a daunting facade, a central turret, and a protruding nave off one side, the church looked more like a military stronghold than a place of worship. Consecrated on the tenth of February in 1185 by Heraclius, Patriarch of Jerusalem, the Temple Church survived eight centuries of political turmoil, the Great Fire of London, and the First World War, only to be heavily damaged by Luftwaffe incendiary bombs in 1940. After the war, it was restored to its original, stark grandeur.

Одна из древнейших церквей Лондона была сложена из кайенского камня. Низенькая, круглой формы, с выступающим с одной стороны нефом, она походила скорее на крепость или военный форпост, нежели на место, где поклоняются Богу. Освященная 10 февраля 1185 года Гераклием, патриархом Иерусалимским, церковь Темпла благополучно пережила восемь веков политических баталий, выстояла во время великого лондонского пожара и Первой мировой войны, но сильно пострадала от бомб, сбрасываемых люфтваффе в 1940-м. После войны была восстановлена полностью.


The simplicity of the circle, Langdon thought, admiring the building for the first time. The architecture was coarse and simple, more reminiscent of Rome's rugged Castel Sant'Angelo than the refined Pantheon. The boxy annex jutting out to the right was an unfortunate eyesore, although it did little to shroud the original pagan shape of the primary structure.

Простота круга, подумал Лэнгдон, любуясь зданием, которое видел впервые. Архитектура проста, даже примитивна, без всяких изысков, и сооружение напоминает скорее римский замок Сант-Анджело, нежели изысканный пантеон. И выступающая по правую руку "коробка" нефа просто мозолит глаза, хотя и не скрывает изначальной языческой формы сооружения.


"It's early on a Saturday," Teabing said, hobbling toward the entrance, "so I'm assuming we won't have services to deal with."

- Для субботней службы еще слишком рано, - заметил Тибинг и заковылял к входу. - Так что, думаю, нам никто не помешает.


The church's entryway was a recessed stone niche inside which stood a large wooden door. To the left of the door, looking entirely out of place, hung a bulletin board covered with concert schedules and religious service announcements.

Вход в церковь представлял собой каменную нишу, в которой виднелась массивная деревянная дверь. Слева от нее висела казавшаяся здесь совершенно неуместной доска объявлений с расписанием концертов и церковных служб.


Teabing frowned as he read the board.

Тибинг нахмурился:


"They don't open to sightseers for another couple of hours." He moved to the door and tried it. The door didn't budge. Putting his ear to the wood, he listened. After a moment, he pulled back, a scheming look on his face as he pointed to the bulletin board. "Robert, check the service schedule, will you? Who is presiding this week?"

- Откроется для посетителей не раньше чем через два часа. - Он подошел к двери и подергал ручку. Дверь не поддавалась. Тогда, приложив ухо к деревянной обшивке, он прислушался. Потом отошел с хитроватой ухмылкой на лице и, указав на доску объявлений, сказал: - А ну-ка, Роберт, будьте так любезны, посмотрите, кто тут проводит службы на этой неделе?


Inside the church, an altar boy was almost finished vacuuming the communion kneelers when he heard a knocking on the sanctuary door. He ignored it. Father Harvey Knowles had his own keys and was not due for another couple of hours. The knocking was probably a curious tourist or indigent.

Мальчик-служка уже почти закончил пылесосить пол, когда в дверь церкви постучали. Он не стал обращать внимания на этот стук. У отца Харви Ноулза были свои ключи, утренняя служба должна была начаться не раньше чем через два часа. Наверное, какой-то любопытный турист или нищий.


Suddenly, the knocking turned to a forceful banging, as if someone were hitting the door with a metal rod. The young man switched off his vacuum cleaner and marched angrily toward the door. Unlatching it from within, he swung it open. Three people stood in the entryway.

Но тут стук из тихого перерос просто в громовой, дверь содрогалась, точно кто-то бил по ней металлической палкой. Юноша выключил пылесос и, сердито хмурясь, направился к двери. Снял задвижку, и дверь тотчас же распахнулась. На пороге стояли трое.


Tourists, he grumbled. "We open at nine-thirty."

- Так и есть, туристы, - тихо проворчал он. - Мы открываемся только в девять тридцать.


The heavyset man, apparently the leader, stepped forward using metal crutches.

Вперед выступил пожилой мужчина на костылях, по всей видимости, лидер странной группы.


"I am Sir Leigh Teabing," he said, his accent a highbrow, Saxonesque British. "As you are no doubt aware, I am escorting Mr. and Mrs. Christopher Wren the Fourth." He stepped aside, flourishing his arm toward the attractive couple behind them. The woman was soft-featured, with lush burgundy hair. The man was tall, dark-haired, and looked vaguely familiar.

- Я сэр Лью Тибинг, - представился он по-английски с безупречным аристократическим акцентом. - Как видите, я сопровождаю мистера Кристофера Рена Четвертого с супругой. - Тут он сделал шаг в сторону, и взору служки предстала симпатичная пара. У женщины милые мягкие черты лица, роскошные рыжевато-каштановые волосы. Мужчина высокий, темноволосый. Служке показалось, что он где-то уже видел это лицо.


The altar boy had no idea how to respond. Sir Christopher Wren was the Temple Church's most famous benefactor. He had made possible all the restorations following damage caused by the Great Fire. He had also been dead since the early eighteenth century.

Юноша растерялся. Он знал, что сэр Кристофер Рен - один из самых известных благотворителей церкви Темпла. Именно он субсидировал все реставрационные работы после великого лондонского пожара. Служка также знал, что сэр Кристофер Рен скончался в начале восемнадцатого века.


"Um... an honor to meet you?"

- Э-э... а-а... большая честь познакомиться с вами...


The man on crutches frowned.

Мужчина на костылях нахмурился:


"Good thing you're not in sales, young man, you're not very convincing. Where is Father Knowles?"

- Хорошо, что не на торгах работаете, молодой человек. Как-то вы не слишком убедительны. Где отец Ноулз?


"It's Saturday. He's not due in until later."

- Сегодня суббота. Он появится позже.


The crippled man's scowl deepened.

Калека нахмурился еще больше:


"There's gratitude. He assured us he would be here, but it looks like we'll do it without him. It won't take long."

- Вот она, благодарность. Он уверял нас, что непременно будет здесь. Но похоже, придется нам обойтись без него. Много времени это не займет.


The altar boy remained blocking the doorway.

Однако служка по-прежнему преграждал им вход в церковь.


"I'm sorry, what won't take long?"

- Простите, сэр, но я не совсем понял. Что не займет много времени?


The visitor's eyes sharpened now, and he leaned forward whispering as if to save everyone some embarrassment.

Мужчина прищурился, подался вперед и зашептал, точно не хотел смущать спутников:


"Young man, apparently you are new here. Every year Sir Christopher Wren's descendants bring a pinch of the old man's ashes to scatter in the Temple sanctuary. It is part of his last will and testament. Nobody is particularly happy about making the trip, but what can we do?"

- Вы, очевидно, здесь новичок, молодой человек. Каждый год потомки сэра Кристофера Рена приносят щепоть праха своего великого предка, чтоб развеять его в этом святилище. Понятное дело, особой радости столь долгое путешествие никому не доставляет, но что тут можно поделать?


The altar boy had been here a couple of years but had never heard of this custom.

Служка проработал в церкви Темпла уже два года, но ни разу не слышал об этом обычае.


"It would be better if you waited until nine-thirty. The church isn't open yet, and I'm not finished hoovering."

- Все же будет лучше, если вы подождете до девяти тридцати. Церковь закрыта, я еще не закончил уборку.


The man on crutches glared angrily.

Мужчина на костылях сердито сверкнул глазами:


"Young man, the only reason there's anything left of this building for you to hoover is on account of the gentleman in that woman's pocket."

- А известно ли вам, молодой человек, что этот храм до сих пор стоит где стоял лишь благодаря тому джентльмену, что находится в кармане у этой дамы?


"I'm sorry?"

- Простите, не понял...


"Mrs. Wren," the man on crutches said, "would you be so kind as to show this impertinent young man the reliquary of ashes?"

- Миссис Рен, - сказал калека, - будьте так добры, продемонстрируйте этому непонятливому молодому человеку драгоценную реликвию, прах.


The woman hesitated a moment and then, as if awaking from a trance, reached in her sweater pocket and pulled out a small cylinder wrapped in protective fabric.

Женщина поколебалась, затем, точно очнувшись от транса, полезла в карман свитера и вынула какой-то небольшой цилиндр, завернутый в тряпицу.


"There, you see?" the man on crutches snapped. "Now, you can either grant his dying wish and let us sprinkle his ashes in the sanctuary, or I tell Father Knowles how we've been treated."

- Вот видите? - рявкнул мужчина на костылях. - И теперь вы или пойдете нам навстречу и позволите исполнить волю покойного - развеять его прах в церкви, или же я сообщу отцу Ноулзу о том, как с нами здесь поступили.


The altar boy hesitated, well acquainted with Father Knowles' deep observance of church tradition... and, more importantly, with his foul temper when anything cast this time-honored shrine in anything but favorable light. Maybe Father Knowles had simply forgotten these family members were coming. If so, then there was far more risk in turning them away than in letting them in. After all, they said it would only take a minute. What harm could it do?

Служка растерялся. Ему было известно, как строго соблюдает отец Ноулз все церковные традиции... И что гораздо важнее, он знал, насколько нетерпимо относится настоятель ко всему, что может бросить тень на его приход, выставить его в неблаговидном свете. Возможно, отец Ноулз просто забыл о том, что сегодня с утра к ним должны прийти члены этой знаменитой семьи. Если так, то сам он рискует куда больше, если выставит этих людей вон, нежели если просто впустит их. Да и потом, они ведь сказали, что всего на минутку. И какой может быть от этого вред?


When the altar boy stepped aside to let the three people pass, he could have sworn Mr. and Mrs. Wren looked just as bewildered by all of this as he was. Uncertain, the boy returned to his chores, watching them out of the corner of his eye.

Когда служка наконец отступил и пропустил троицу в церковь, он мог поклясться: в этот момент мистер и миссис Рен выглядели не менее растерянными, чем он сам. Юноша неуверенно вернулся к своим обязанностям, продолжая украдкой следить за гостями.


Langdon had to smile as the threesome moved deeper into the church.

Они вошли в церковь, и Лэнгдон, слегка улыбнувшись, тихо заметил Тибингу:


"Leigh," he whispered, "you lie entirely too well."

- Смотрю, сэр Лью, вы превратились в заправского лжеца.


Teabing's eyes twinkled.

Тибинг украдкой подмигнул ему:


"Oxford Theatre Club. They still talk of my Julius Caesar. I'm certain nobody has ever performed the first scene of Act Three with more dedication."

- Клуб при оксфордском театре. Там до сих пор помнят моего Юлия Цезаря. Уверен, никто не смог бы сыграть первую сцену третьего акта с большей убедительностью.


Langdon glanced over.

Лэнгдон удивился:


"I thought Caesar was dead in that scene."

- Мне всегда казалось, Цезарь погибает в этой сцене.


Teabing smirked.

Тибинг фыркнул:


"Yes, but my toga tore open when I fell, and I had to lie on stage for half an hour with my todger hanging out. Even so, I never moved a muscle. I was brilliant, I tell you."

- Именно! И когда я падаю, моя тога распахивается, и я должен пролежать на сцене в таком вот виде целых полчаса. Причем совершенно неподвижно. Уверяю вас, никто не справился бы с этой ролью лучше.


Langdon cringed. Sorry I missed it.

Лэнгдон поежился. Жаль, что пропустил этот спектакль.


As the group moved through the rectangular annex toward the archway leading into the main church, Langdon was surprised by the barren austerity. Although the altar layout resembled that of a linear Christian chapel, the furnishings were stark and cold, bearing none of the traditional ornamentation. "Bleak," he whispered.

Посетители прошли прямоугольным проходом к арке, за которой, собственно, и открывался вход в церковь. Лэнгдона удивил аскетизм убранства. Алтарь располагался там же, где и в обычной Христианской церкви вытянутой формы, мебель же и прочие предметы обстановки - самые простые, строгие, лишенные традиционной резьбы и декора.


Teabing chuckled.

Тибинг хмыкнул:


"Church of England. Anglicans drink their religion straight. Nothing to distract from their misery."

- Типично английская церковь. Англосаксы всегда предпочитали более прямолинейный и простой путь общения с Богом. Чтобы ничто не отвлекало их от несчастий.


Sophie motioned through the vast opening that gave way to the circular section of the church.

Софи указала на широкий проход в круглую часть церкви.


"It looks like a fortress in there," she whispered.

- Здесь прямо как в крепости, - прошептала она.


Langdon agreed. Even from here, the walls looked unusually robust.

Лэнгдон с ней согласился. Даже отсюда стены постройки выглядели необыкновенно внушительными и толстыми.


"The Knights Templar were warriors," Teabing reminded, the sound of his aluminum crutches echoing in this reverberant space. "A religio-military society. Their churches were their strongholds and their banks."

- Рыцари ордена тамплиеров были воинами, - напомнил им Тибинг. Стук его алюминиевых костылей эхом разносился под каменными сводами. - Эдакое религиозно-военное сообщество. Церкви служили им форпостами и банками одновременно.


"Banks?" Sophie asked, glancing at Leigh.

- Банками? - удивилась Софи.


"Heavens, yes. The Templars invented the concept of modern banking. For European nobility, traveling with gold was perilous, so the Templars allowed nobles to deposit gold in their nearest Temple Church and then draw it from any other Temple Church across Europe. All they needed was proper documentation." He winked. "And a small commission. They were the original ATMs." Teabing pointed toward a stained-glass window where the breaking sun was refracting through a white-clad knight riding a rose-colored horse. "Alanus Marcel," Teabing said, "Master of the Temple in the early twelve hundreds. He and his successors actually held the Parliamentary chair of Primus Baro Angiae."

- Господи, конечно! Именно тамплиеры разработали концепцию современного банковского дела. Путешествовать с золотом для европейской знати было опасно, и вот тамплиеры разрешили богачам помещать золото в ближайшей к ним церкви Темпла. А получить его можно было в любой такой же церкви Европы. Всего-то и требовалось, что правильно составить документы. - Он подмигнул. - Ну и, разумеется, тамплиерам за это полагались небольшие комиссионные. Чем вам не банкомат? - Тибинг указал на маленькое окошко с витражным стеклом. Через него слабо просвечивали лучи солнца, вырисовывая фигуру рыцаря в белых доспехах на розовом коне. - Алании Марсель, - сказал Тибинг. - Был Мастером Темпла в начале тринадцатого века. По сути же он и его последователи занимали кресло первого барона Англии в парламенте.


Langdon was surprised. "First Baron of the Realm?"

- Первого барона? - удивился Лэнгдон.


Teabing nodded.

Тибинг кивнул:


"The Master of the Temple, some claim, held more influence than the king himself."

- По мнению некоторых ученых, власти и влияния у Мастера Темпла было в те времена больше, чем у самого короля.


As they arrived outside the circular chamber, Teabing shot a glance over his shoulder at the altar boy, who was vacuuming in the distance.

Они вошли в круглый зал, и Тибинг покосился на служку. Тот усердно пылесосил пол чуть поодаль.


"You know," Teabing whispered to Sophie, "the Holy Grail is said to once have been stored in this church overnight while the Templars moved it from one hiding place to another. Can you imagine the four chests of Sangreal documents sitting right here with Mary Magdalene's sarcophagus? It gives me gooseflesh."

- Знаете, - шепнул Тибинг Софи, - ходят слухи, что Грааль некогда хранился в этой церкви. Правда, недолго, всего одну ночь, когда тамплиеры перевозили его из одного укрытия в другое. Здесь стояли четыре сундука с документами Сангрил и саркофаг Марии Магдалины, можете себе представить?.. Прямо мурашки по коже.


Langdon was feeling gooseflesh too as they stepped into the circular chamber. His eye traced the curvature of the chamber's pale stone perimeter, taking in the carvings of gargoyles, demons, monsters, and pained human faces, all staring inward. Beneath the carvings, a single stone pew curled around the entire circumference of the room.

И у Лэнгдона пробежали по спине мурашки, когда он вошел в просторное помещение. Он окинул его взглядом - стены из светлого камня, украшенные резьбой. Прямо на него смотрели горгульи, демоны, какие-то монстры, а также человеческие лица, искаженные мукой. Под резьбой, прямо у стены, была установлена каменная скамья, огибавшая помещение по кругу.


"Theater in the round," Langdon whispered.

- Прямо как в древнем театре, - прошептал Лэнгдон.


Teabing raised a crutch, pointing toward the far left of the room and then to the far right. Langdon had already seen them.

Тибинг, приподняв костыль, указал в глубь помещения. Сначала влево, потом вправо. Но Лэнгдон и без него уже увидел.


Ten stone knights.

Десять каменных рыцарей.


Five on the left. Five on the right.

Пятеро слева. Пятеро справа.


Lying prone on the floor, the carved, life-sized figures rested in peaceful poses. The knights were depicted wearing full armor, shields, and swords, and the tombs gave Langdon the uneasy sensation that someone had snuck in and poured plaster over the knights while they were sleeping. All of the figures were deeply weathered, and yet each was clearly unique-different armory pieces, distinct leg and arm positions, facial features, and markings on their shields.

На полу лежали вырезанные из камня статуи рыцарей в человеческий рост. Рыцари в доспехах, со щитами и мечами, выглядели настолько естественно, что Лэнгдона на миг пронзила ужасная мысль: они прилегли отдохнуть, а кто-то подкрался, покрыл их штукатуркой и замуровал живьем, во сне. Было ясно, что фигуры эти очень древние, немало пострадали от времени, и в то же время каждая по-своему уникальна: разные доспехи, разное расположение рук и ног, разные знаки на щитах. И лица тоже не похожи одно на другое.


In London lies a knight a Pope interred.

Лондон, там рыцарь лежит, похороненный папой.


Langdon felt shaky as he inched deeper into the circular room.

С замирающим сердцем Лэнгдон приблизился к фигурам.


This had to be the place.

Это и есть то самое место.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru