Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Chapter 84 - ГЛАВА 84.

In a rubbish-strewn alley very close to Temple Church, Remy Legaludec pulled the Jaguar limousine to a stop behind a row of industrial waste bins. Killing the engine, he checked the area. Deserted. He got out of the car, walked toward the rear, and climbed back into the limousine's main cabin where the monk was.

Реми Легалудек остановил лимузин неподалеку от церкви Темпла в узеньком, заваленном мусором и заставленном помойными баками проходе между домами. Выключил мотор и осмотрелся. Вокруг ни души. Тогда он выбрался из машины, подошел к задней дверце, открыл ее и скользнул внутрь, к лежавшему на полу монаху.


Sensing Remy's presence, the monk in the back emerged from a prayer-like trance, his red eyes looking more curious than fearful. All evening Remy had been impressed with this trussed man's ability to stay calm. After some initial struggles in the Range Rover, the monk seemed to have accepted his plight and given over his fate to a higher power.

Тот, почувствовав присутствие Реми, вышел из транса и приоткрыл красные глаза. В них светилось скорее любопытство, нежели страх. Весь вечер Реми поражался спокойствию и выдержке связанного по рукам и ногам человека в сутане. Немного побрыкавшись в джипе, монах, по всей видимости, смирился со своим уделом, отдав судьбу в руки неких высших сил или провидения.


Loosening his bow tie, Remy unbuttoned his high, starched, wing-tipped collar and felt as if he could breathe for the first time in years. He went to the limousine's wet bar, where he poured himself a Smirnoff vodka. He drank it in a single swallow and followed it with a second.

Реми ослабил узел галстука, затем расстегнул высокий, туго накрахмаленный воротничок рубашки и впервые за долгие годы почувствовал, что может дышать свободно и полной грудью. Он открыл бар и налил себе в стаканчик водки "Смирнофф". Выпил залпом и налил еще.


Soon I will be a man of leisure.

Скоро я стану свободным и богатым.


Searching the bar, Remy found a standard service wine-opener and flicked open the sharp blade. The knife was usually employed to slice the lead foil from corks on fine bottles of wine, but it would serve a far more dramatic purpose this morning. Remy turned and faced Silas, holding up the glimmering blade.

Пошарив в баре, Реми нашел открывалку для винных бутылок, щелкнул кнопкой на рукоятке. Из нее выскочило острое лезвие. Нож предназначался для срезания фольги с горлышек бутылок, но сейчас он должен был послужить другим, необычным целям. Реми обернулся и, сжимая в руке сверкающее лезвие, уставился на Сайласа.


Now those red eyes flashed fear.

Теперь красные глаза светились страхом.


Remy smiled and moved toward the back of the limousine. The monk recoiled, struggling against his bonds.

Реми улыбнулся и подобрался к монаху поближе. Тот скорчился и забился в своих путах, как птица в силке.


"Be still," Remy whispered, raising the blade.

- Да тихо ты! - прошептал Реми, подняв лезвие.


Silas could not believe that God had forsaken him. Even the physical pain of being bound Silas had turned into a spiritual exercise, asking the throb of his blood-starved muscles to remind him of the pain Christ endured. I have been praying all night for liberation. Now, as the knife descended, Silas clenched his eyes shut.

Сайлас не верил, что Бог мог оставить его. Даже физические муки, боль в затекших руках и ногах он умудрился превратить в духовное испытание. Христос терпел и нам велел. Всю ночь я молился об освобождении. И вот теперь, увидев нож, он крепко зажмурился.


A slash of pain tore through his shoulder blades. He cried out, unable to believe he was going to die here in the back of this limousine, unable to defend himself. I was doing God's work. The Teacher said he would protect me.

Страшная боль так и пронзила спину в верхней ее части. Сайлас вскрикнул, не желая верить в то, что ему предстоит умереть здесь, на полу в лимузине, так и не оказав достойного сопротивления. Ведь я исполняя работу, угодную Господу Богу. Учитель говорил, что защитит меня!..


Silas felt the biting warmth spreading across his back and shoulders and could picture his own blood, spilling out over his flesh. A piercing pain cut through his thighs now, and he felt the onset of that familiar undertow of disorientation-the body's defense mechanism against the pain.

Сайлас почувствовал, как по спине и плечам разливается приятная теплота, и подумал, что это его собственная кровь, потоком льющаяся из раны. Теперь острая боль пронзила бедра, и он непроизвольно дернулся, это сработал защитный механизм плоти против боли.


As the biting heat tore through all of his muscles now, Silas clenched his eyes tighter, determined that the final image of his life would not be of his own killer. Instead he pictured a younger Bishop Aringarosa, standing before the small church in Spain... the church that he and Silas had built with their own hands. The beginning of my life.

Вот и мышцам ног стало горячо, и Сайлас еще крепче зажмурился, решив, что в последний миг жизни лучше уж не видеть своего убийцу. Он представил себе епископа Арингаросу, еще совсем молодого. Представил стоящим возле маленькой церквушки в Испании, которую они построили вместе своими руками. Начало моей жизни.


Silas felt as if his body were on fire.

Все тело жгло точно огнем.


"Take a drink," the tuxedoed man whispered, his accent French. "It will help with your circulation."

- Вот, выпейте, - прошептал мужчина во фраке с сильным французским акцентом. - Поможет восстановить кровообращение.


Silas's eyes flew open in surprise. A blurry image was leaning over him, offering a glass of liquid. A mound of shredded duct tape lay on the floor beside the bloodless knife.

Сайлас изумленно приоткрыл глаза. Над ним склонялся человек, в руке стаканчик с какой-то жидкостью. На полу, рядом с ножом, на котором не было и капли крови, валялся огромный моток скотча.


"Drink this," he repeated. "The pain you feel is the blood rushing into your muscles."

- Выпейте, - повторил мужчина. - Вам, должно быть, больно, мышцы совсем занемели. А теперь в них поступает кровь.


Silas felt the fiery throb transforming now to a prickling sting. The vodka tasted terrible, but he drank it, feeling grateful. Fate had dealt Silas a healthy share of bad luck tonight, but God had solved it all with one miraculous twist.

Сайлас проглотил содержимое стаканчика. Жидкость обожгла глотку. На вкус водка показалась просто ужасной, но он сразу почувствовал себя лучше. И его охватило чувство благодарности к этому незнакомому человеку. Последние сутки судьба была не слишком благосклонна к Сайласу, но теперь Бог одним взмахом своей волшебной палочки преобразил все вокруг.


God has not forsaken me.

Бог меня не забыл.


Silas knew what Bishop Aringarosa would call it.

Сайлас знал, как назвал бы это епископ Арингароса.


Divine intervention.

Божественное провидение.


"I had wanted to free you earlier," the servant apologized, "but it was impossible. With the police arriving at Chateau Villette, and then at Biggin Hill airport, this was the first possible moment. You understand, don't you, Silas?"

- Я и раньше хотел освободить вас, - сказал слуга, - но это было просто невозможно. Сначала в Шато Виллет прибыла полиция, потом все эти события в Биггин-Хилл. Только сейчас выпал удобный момент. Надеюсь, вы понимаете, Сайлас?


Silas recoiled, startled.

Монах вздрогнул от неожиданности.


"You know my name?"

- Откуда вам известно мое имя?


The servant smiled.

Слуга ответил улыбкой.


Silas sat up now, rubbing his stiff muscles, his emotions a torrent of incredulity, appreciation, and confusion.

Сайлас осторожно сел, растирая затекшие мышцы, мысли его путались. Он верил и не верил в свое счастье.


"Are you... the Teacher?"

- Вы... и есть Учитель?


Remy shook his head, laughing at the proposition.

Реми покачал головой и усмехнулся:


"I wish I had that kind of power. No, I am not the Teacher. Like you, I serve him. But the Teacher speaks highly of you. My name is Remy."

- Хотелось бы иметь столько власти, но увы. Нет, я не Учитель. Как и вы, я всего лишь его слуга. Учитель очень хорошо отзывается о вас. Кстати, я Реми.


Silas was amazed.

Сайлас удивился еще больше:


"I don't understand. If you work for the Teacher, why did Langdon bring the keystone to your home?"

- Что-то я не пойму... Если вы работаете на Учителя, как мог Лэнгдон принести краеугольный камень к вам в дом?


"Not my home. The home of the world's foremost Grail historian, Sir Leigh Teabing."

- Это не мой дом. Он принес его в дом самого знаменитого в мире историка, специалиста по Граалю. Сэру Лью Тибингу.


"But you live there. The odds..."

- Но ведь и вы живете там. Странно, что...


Remy smiled, seeming to have no trouble with the apparent coincidence of Langdon's chosen refuge

Реми снова улыбнулся, похоже, его мало волновало это совпадение.


. "It was all utterly predictable. Robert Langdon was in possession of the keystone, and he needed help. What more logical place to run than to the home of Leigh Teabing? That I happen to live there is why the Teacher approached me in the first place." He paused. "How do you think the Teacher knows so much about the Grail?"

- Что ж, поступок этот был вполне предсказуем. Роберт Лэнгдон завладел краеугольным камнем, и ему была нужна помощь. Куда ему было бежать, где найти убежище и совет, как не в доме Лью Тибинга? Кстати, именно поэтому, узнав, что я живу там, Учитель и обратился ко мне. - Он на секунду умолк. - Откуда еще, по-вашему, сам Учитель так много знает о Граале?


Now it dawned, and Silas was stunned. The Teacher had recruited a servant who had access to all of Sir Leigh Teabing's research. It was brilliant.

Только теперь до Сайласа, что называется, дошло, и он был потрясен до глубины души. Учитель завербовал слугу, работающего в доме сэра Лью Тибинга. А стало быть, имеющего доступ ко всем его исследованиям. Гениально!..


"There is much I have to tell you," Remy said, handing Silas the loaded Heckler Koch pistol. Then he reached through the open partition and retrieved a small, palm-sized revolver from the glove box. "But first, you and I have a job to do."

- Больше пока сказать ничего не могу. - С этими словами Реми протянул Сайласу заряженный "хеклер-и-кох". Затем скользнул к водительскому месту и достал из бардачка маленький, величиной с ладонь, револьвер. - Прежде мы с вами должны сделать одно очень важное дело.


Captain Fache descended from his transport plane at Biggin Hill and listened in disbelief to the Kent chief inspector's account of what had happened in Teabing's hangar.

Капитан Фаш сошел с трапа приземлившегося в Биггин-Хилл транспортного самолета и недоверчиво выслушивал довольно сбивчивый рассказ инспектора полиции Кента о том, что произошло в ангаре Тибинга.


"I searched the plane myself," the inspector insisted, "and there was no one inside." His tone turned haughty. "And I should add that if Sir Leigh Teabing presses charges against me, I will-"

- Я сам лично обыскивал его самолет, - твердил инспектор. - И на борту никого не было. - Голос его повысился до визга. - Мало того, если сэр Тибинг посмеет выдвинуть против меня какие-то обвинения, я...


"Did you interrogate the pilot?"

- Пилота допросили?


"Of course not. He is French, and our jurisdiction requires-"

- Ну, разумеется, нет! Он француз, а наше законодательство...


"Take me to the plane."

- Отведите меня к самолету.


Arriving at the hangar, Fache needed only sixty seconds to locate an anomalous smear of blood on the pavement near where the limousine had been parked. Fache walked up to the plane and rapped loudly on the fuselage.

Фаш оказался в ангаре, и ему потребовалось всего секунд шестьдесят, чтобы обнаружить пятнышко крови на полу, рядом с тем местом, где стоял лимузин Тибинга. Затем Фаш подошел к самолету и громко стукнул кулаком по фюзеляжу.


"This is the captain of the French Judicial Police. Open the door!"

- Капитан судебной полиции Франции! Откройте дверь!


The terrified pilot opened the hatch and lowered the stairs.

Испуганный пилот отпер дверь и начал спускаться по трапу.


Fache ascended. Three minutes later, with the help of his sidearm, he had a full confession, including a description of the bound albino monk. In addition, he learned that the pilot saw Langdon and Sophie leave something behind in Teabing's safe, a wooden box of some sort. Although the pilot denied knowing what was in the box, he admitted it had been the focus of Langdon's full attention during the flight to London.

Фаш поднялся ему навстречу. Три минуты спустя у него с помощником имелось полное признание пилота, в том числе и описание связанного по рукам и ногам монаха-альбиноса. Кроме того, он узнал, что Лэнгдон с Софи оставили какой-то предмет в сейфе Тибинга на борту. Вроде бы деревянную шкатулку. И хотя пилот твердил, будто понятия не имеет, что находится в этой шкатулке, он сказал, что на протяжении всего полета Лэнгдон возился с ней.


"Open the safe," Fache demanded.

- Откройте сейф, - скомандовал Фаш.


The pilot looked terrified.

Пилот испуганно отпрянул:


"I don't know the combination!"

- Но я не знаю цифрового кода!


"That's too bad. I was going to offer to let you keep your pilot's license."

- Скверно. А я-то как раз собирался оставить вам лицензию... Пилот буквально ломал руки от отчаяния.


The pilot wrung his hands. "I know some men in maintenance here. Maybe they could drill it?"

- Я знаком кое с кем из местных сотрудников. Из технического персонала. Может, сейф удастся просверлить?


"You have half an hour."

- Даю вам полчаса.


Fache strode to the back of the plane and poured himself a hard drink. It was early, but he had not yet slept, so this hardly counted as drinking before noon. Sitting in a plush bucket seat, he closed his eyes, trying to sort out what was going on. The Kent police's blunder could cost me dearly. Everyone was now on the lookout for a black Jaguar limousine.

Фаш прошел в хвостовой отсек и налил себе выпить. Для крепкого спиртного, пожалуй, рановато, но он не спал всю ночь. Опустился в мягкое, обитое бархатом кресло и закрыл глаза, пытаясь осмыслить происходящее. Промах полиции Кента может очень дорого мне стоить. Теперь надо бросить все силы на поиски черного лимузина марки "Ягуар".


Fache's phone rang, and he wished for a moment's peace.

Тут зазвонил мобильный, и Фаш раздраженно подумал: "Ни секунды покоя!"


"Allo?"

- Алло?


"I'm en route to London." It was Bishop Aringarosa. "I'll be arriving in an hour."

- Я на пути в Лондон. - Это был епископ Арингароса. - Прибываю примерно через час.


Fache sat up.

Фаш резко выпрямился в кресле.


"I thought you were going to Paris."

- Я думал, вы летите в Париж.


"I am deeply concerned. I have changed my plans."

- Я очень обеспокоен новыми обстоятельствами. Пришлось изменить планы.


"You should not have."

- Не следовало бы.


"Do you have Silas?"

- Сайлас у вас?


"No. His captors eluded the local police before I landed."

- Нет. Его взяли в заложники, а потом увезли прямо из-под носа кентской полиции.


Aringarosa's anger rang sharply.

В голосе Арингаросы отчетливо слышался гнев.


"You assured me you would stop that plane!"

- Но вы же уверяли меня, что перехватите их!


Fache lowered his voice.

Фаш понизил голос:


"Bishop, considering your situation, I recommend you not test my patience today. I will find Silas and the others as soon as possible. Where are you landing?"

- Вот что, епископ. С учетом вашей ситуации я бы не советовал испытывать сегодня мое терпение. Постараюсь найти Сайласа и всех остальных как можно скорее. Когда вы приземляетесь?


"One moment." Aringarosa covered the receiver and then came back. "The pilot is trying to get clearance at Heathrow. I'm his only passenger, but our redirect was unscheduled."

- Минутку. - Арингароса прикрыл микрофон ладонью, затем заговорил снова: - Пилот запрашивает разрешение на посадку в Хитроу. Я у него единственный пассажир, но мы вышли за рамки полетного плана и расписания.


"Tell him to come to Biggin Hill Executive Airport in Kent. I'll get him clearance. If I'm not here when you land, I'll have a car waiting for you."

- Передайте, чтобы летел в Биггин-Хилл в Кенте. Даю ему на это право. О разрешении на посадку можете не беспокоиться. Если, когда вы приземлитесь, меня на месте не будет, оставлю вам машину.


"Thank you."

- Спасибо.


"As I expressed when we first spoke, Bishop, you would do well to remember that you are not the only man on the verge of losing everything."

- Как я уже упоминал чуть раньше, епископ, вам следует усвоить вот что: вы не единственный, кому грозит опасность потерять все!


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru