Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Chapter 94 - ГЛАВА 94.

St. James's Park is a sea of green in the middle of London, a public park bordering the palaces of Westminster, Buckingham, and St. James's. Once enclosed by King Henry VIII and stocked with deer for the hunt, St. James's Park is now open to the public. On sunny afternoons, Londoners picnic beneath the willows and feed the pond's resident pelicans, whose ancestors were a gift to Charles II from the Russian ambassador.

Сент-Джеймсский парк - это зеленый островок в самом центре Лондона, расположенный неподалеку от Вестминстерского и Букингемского дворцов. Теперь он открыт для всех желающих, но некогда король Генрих VIII обнес парк изгородью и развел там оленей, на которых охотился вместе с придворными. В теплые солнечные дни лондонцы устраивают пикники прямо под раскидистыми ивами и кормят пеликанов, обитающих в пруду. Кстати, дальние предки этих пеликанов некогда были подарены Карлу II русским послом.


The Teacher saw no pelicans today. The stormy weather had brought instead seagulls from the ocean. The lawns were covered with them-hundreds of white bodies all facing the same direction, patiently riding out the damp wind. Despite the morning fog, the park afforded splendid views of the Houses of Parliament and Big Ben. Gazing across the sloping lawns, past the duck pond and the delicate silhouettes of the weeping willows, the Teacher could see the spires of the building that housed the knight's tomb-the real reason he had told Remy to come to this spot.

Сегодня Учитель никаких пеликанов здесь не увидел, уж слишком ветреная и дождливая выдалась погода, но зато с моря прилетели чайки. Лужайки парка были покрыты сотнями белых птиц, все они смотрели в одном направлении, терпеливо пережидая сокрушительные порывы влажного ветра. Несмотря на утренний туман, отсюда открывался прекрасный вид на знаменитое здание парламента и Биг-Бен. А если посмотреть выше, через пологие лужайки и пруд с утками, сквозь изящное кружево плакучих ив, становились видны шпили здания, где, как знал Учитель, и находилась могила рыцаря. Именно по этой причине он назначил свидание Реми здесь.


As the Teacher approached the front passenger door of the parked limousine, Remy leaned across and opened the door. The Teacher paused outside, taking a pull from the flask of cognac he was carrying. Then, dabbing his mouth, he slid in beside Remy and closed the door.

Вот Учитель приблизился к передней дверце лимузина, и Реми услужливо распахнул ее перед ним. Но Учитель медлил, достал плоскую фляжку с коньяком, отпил глоток. Потом вытер губы платком, уселся рядом с Реми и захлопнул дверцу.


Remy held up the keystone like a trophy.

Реми торжественно приподнял руку с зажатым трофеем, краеугольным камнем.


"It was almost lost."

- Чуть не потеряли.


"You have done well," the Teacher said.

- Ты прекрасно справился, - сказал Учитель.


"We have done well," Remy replied, laying the keystone in the Teacher's eager hands.

- Мы справились вместе! - поправил его Реми. И передал камень Учителю.


The Teacher admired it a long moment, smiling.

Тот долго разглядывал его и улыбался.


"And the gun? You wiped it down?"

- Ну а оружие? Отпечатки, надеюсь, стерты?


"Back in the glove box where I found it."

- Да. И я положил его обратно в бардачок.


"Excellent." The Teacher took another drink of cognac and handed the flask to Remy. "Let's toast our success. The end is near."

- Отлично! - Учитель отпил еще один глоток коньяку и протянул фляжку Реми. - За наш успех! Конец уже близок.


Remy accepted the bottle gratefully. The cognac tasted salty, but Remy didn't care. He and the Teacher were truly partners now. He could feel himself ascending to a higher station in life. I will never be a servant again. As Remy gazed down the embankment at the duck pond below, Chateau Villette seemed miles away.

Реми с благодарностью принял угощение. Правда, коньяк показался солоноватым на вкус, но ему было все равно. Теперь они с Учителем стали настоящими, полноправными партнерами. Он чувствовал: перемены в его жизни близки. Теперь уже никогда больше не буду слугой. Реми смотрел через набережную на пруд с утками, Шато Виллет казался далеким, как сон.


Taking another swig from the flask, Remy could feel the cognac warming his blood. The warmth in Remy's throat, however, mutated quickly to an uncomfortable heat. Loosening his bow tie, Remy tasted an unpleasant grittiness and handed the flask back to the Teacher.

Отпив еще глоток, Реми почувствовал, как по жилам разлилось приятное тепло. Однако вскоре теплота эта превратилась в жжение. Реми ослабил узел галстука, ощущая неприятный привкус во рту, и протянул фляжку Учителю.


"I've probably had enough," he managed, weakly.

- Мне, пожалуй, хватит, - с трудом выдавил он.


Taking the flask, the Teacher said,

Учитель забрал фляжку и сказал:


"Remy, as you are aware, you are the only one who knows my face. I placed enormous trust in you."

- Надеюсь, ты понимаешь, Реми, что оказался единственным человеком, знающим меня в лицо. Я оказал тебе огромное доверие.


"Yes," he said, feeling feverish as he loosened his tie further. "And your identity shall go with me to the grave."

- Да, - ответил слуга. Его сотрясал мелкий озноб, и он снова ослабил узел галстука. - И эту тайну я заберу с собой в могилу.


The Teacher was silent a long moment.

Помолчав, Учитель заметил:


"I believe you." Pocketing the flask and the keystone, the Teacher reached for the glove box and pulled out the tiny Medusa revolver. For an instant, Remy felt a surge of fear, but the Teacher simply slipped it in his trousers pocket.

- Я тебе верю. - Затем убрал в карман фляжку и краеугольный камень. Потянулся к бардачку, открыл его, достал крохотный револьвер "Медуза". На мгновение Реми охватил страх, но Учитель просто сунул револьвер в карман брюк.


What is he doing? Remy felt himself sweating suddenly.

Что он делает? И зачем? Реми прошиб холодный пот.


"I know I promised you freedom," the Teacher said, his voice now sounding regretful. "But considering your circumstances, this is the best I can do."

- Я обещал тебе свободу, - сказал Учитель, и на этот раз в голосе его прозвучало сожаление. - Но с учетом всех обстоятельств это лучшее, что я могу для тебя сделать.


The swelling in Remy's throat came on like an earthquake, and he lurched against the steering column, grabbing his throat and tasting vomit in his narrowing esophagus. He let out a muted croak of a scream, not even loud enough to be heard outside the car. The saltiness in the cognac now registered.

Реми почувствовал, как у него распухло горло и стало нечем дышать. Хватаясь обеими руками за горло, он вдруг согнулся пополам, спазмы в трахее перешли в приступы рвоты. Он хотел крикнуть, но издал лишь слабый сдавленный стон. Теперь понятно, почему коньяк показался солоноватым.


I'm being murdered!

Я умираю! Он меня убил!..


Incredulous, Remy turned to see the Teacher sitting calmly beside him, staring straight ahead out the windshield. Remy's eyesight blurred, and he gasped for breath. I made everything possible for him! How could he do this! Whether the Teacher had intended to kill Remy all along or whether it had been Remy's actions in the Temple Church that had made the Teacher lose faith, Remy would never know. Terror and rage coursed through him now. Remy tried to lunge for the Teacher, but his stiffening body could barely move. I trusted you with everything!

Еще не веря до конца в эту чудовищную мысль, Реми обернулся к сидевшему рядом Учителю. Тот спокойно смотрел куда-то вперед через ветровое стекло. В глазах у Реми помутилось, он судорожно хватал ртом воздух. Я для него в лепешку разбивался! Как он только мог, как смел? Реми не знал, чем было вызвано решение Учителя убрать его. То ли он задумал это с самого начала, то ли ему не понравились действия Реми в церкви Темпла. Легалудеку не суждено было узнать об этом. Животный страх и ярость - вот какие чувства владели им сейчас. Он попытался наброситься на Учителя, но тело не слушалось. Я поверил тебе, я все поставил на карту!


Remy tried to lift his clenched fists to blow the horn, but instead he slipped sideways, rolling onto the seat, lying on his side beside the Teacher, clutching at his throat. The rain fell harder now. Remy could no longer see, but he could sense his oxygen-deprived brain straining to cling to his last faint shreds of lucidity. As his world slowly went black, Remy Legaludec could have sworn he heard the sounds of the soft Riviera surf.

Реми пытался поднять кулак, чтоб ударить по клаксону, но лишь пошатнулся и сполз вниз по сиденью. Так и лежал на боку возле Учителя, хватаясь за опухшее горло. Дождь припустил еще сильнее. Реми уже ничего не видел, но краем затухающего сознания цеплялся за прекрасное видение. И перед тем как окружающий мир для него померк, увидел водную гладь под солнцем, услышал, как с ласковым шепотом набегает на берег Ривьеры прибой.


The Teacher stepped from the limousine, pleased to see that nobody was looking in his direction. I had no choice, he told himself, surprised how little remorse he felt for what he had just done. Remy sealed his own fate. The Teacher had feared all along that Remy might need to be eliminated when the mission was complete, but by brazenly showing himself in the Temple Church, Remy had accelerated the necessity dramatically. Robert Langdon's unexpected visit to Chateau Villette had brought the Teacher both a fortuitous windfall and an intricate dilemma. Langdon had delivered the keystone directly to the heart of the operation, which was a pleasant surprise, and yet he had brought the police on his tail. Remy's prints were all over Chateau Villette, as well as in the barn's listening post, where Remy had carried out the surveillance. The Teacher was grateful he had taken so much care in preventing any ties between Remy's activities and his own. Nobody could implicate the Teacher unless Remy talked, and that was no longer a concern.

Учитель вышел из лимузина, огляделся и с удовлетворением отметил, что вокруг ни души. У меня не было выбора, сказал он себе и даже немного удивился: теперь он не испытывал никаких сожалений о содеянном. Реми сам выбрал такую судьбу. Все это время Учитель опасался, что Реми придется устранить, когда операция будет завершена. Но глупец сам приблизил свою кончину, повел себя в церкви Темпла совершенно недопустимым образом. Неожиданное появление Роберта Лэнгдона в Шато Виллет имело как положительную, так и отрицательную сторону. Лэнгдон доставил краеугольный камень, избавив от необходимости разыскивать бесценное сокровище, но он же навел полицию на их след. Реми оставил множество отпечатков не только по всему дому, но и на чердаке амбара, где был установлен пост прослушивания, на котором он же и дежурил. И теперь Учитель радовался своей предусмотрительности. Он сделал все возможное, чтобы между ним и Реми не усматривалось никакой связи, способной разоблачить их совместную деятельность. Никто ни в чем не заподозрил бы Учителя, разве только в том случае, если бы Реми вдруг проболтался. Но теперь и эта опасность устранена.


One more loose end to tie up here, the Teacher thought, moving now toward the rear door of the limousine. The police will have no idea what happened... and no living witness left to tell them. Glancing around to ensure nobody was watching, he pulled open the door and climbed into the spacious rear compartment.

Еще один конец обрублен, подумал Учитель и направился к задней дверце лимузина. Полиция никогда не поймет, что произошло... и нет в живых свидетеля, который его выдаст. Он осторожно огляделся по сторонам, убедился, что никто за ним не следит, открыл дверцу и забрался в просторное хвостовое отделение салона.


Minutes later, the Teacher was crossing St. James's Park. Only two people now remain. Langdon and Neveu. They were more complicated. But manageable. At the moment, however, the Teacher had the cryptex to attend to.

Несколько минут спустя Учитель уже пересекал Сент-Джеймсский парк. Теперь остались только двое. Лэнгдон и Неве. С ними будет куда сложнее. Но ничего, справиться можно. Сейчас не до них, надо срочно заняться криптексом.


Gazing triumphantly across the park, he could see his destination. In London lies a knight a Pope interred. As soon as the Teacher had heard the poem, he had known the answer. Even so, that the others had not figured it out was not surprising. I have an unfair advantage. Having listened to Sauniere's conversations for months now, the Teacher had heard the Grand Master mention this famous knight on occasion, expressing esteem almost matching that he held for Da Vinci. The poem's reference to the knight was brutally simple once one saw it-a credit to Sauniere's wit-and yet how this tomb would reveal the final password was still a mystery.

С торжеством оглядывая парк, он видел впереди свою цель. Лондон, там рыцарь лежит, похороненный папой. Едва услышав эти стихи, Учитель сразу же понял: он знает ответ. А в том, что другие до сих пор не вычислили его, нет ничего удивительного. У меня преимущество, пусть даже и получено оно не совсем честным путем. Учитель на протяжении нескольких месяцев прослушивал все разговоры Соньера, и однажды Великий мастер упомянул об этом знаменитом рыцаре, почитаемом им не меньше, чем Леонардо да Винчи. То, что в стихотворении говорится именно об этом рыцаре, не вызывало никаких сомнений, хотя и следовало отдать должное остроумию Соньера. Учителя заботило совсем другое. Как поможет могила узнать последнее ключевое слово, до сих пор оставалось загадкой.


You seek the orb that ought be on his tomb.

Шар от могилы найди...


The Teacher vaguely recalled photos of the famous tomb and, in particular, its most distinguishing feature. A magnificent orb. The huge sphere mounted atop the tomb was almost as large as the tomb itself. The presence of the orb seemed both encouraging and troubling to the Teacher. On one hand, it felt like a signpost, and yet, according to the poem, the missing piece of the puzzle was an orb that ought to be on his tomb... not one that was already there. He was counting on his closer inspection of the tomb to unveil the answer.

Учитель помнил снимки знаменитого захоронения, главную его отличительную черту. Изумительной красоты шар. Эта огромная сфера венчала надгробие и по своим размерам не уступала ему. Наличие шара радовало Учителя и одновременно вызывало беспокойство. С одной стороны, это указатель, с другой - если верить стихам, ключевое слово как-то связано с шаром, который должен быть на могиле... но теперь отсутствует. И тогда, возможно, это совсем не тот шар. Чтобы прояснить ситуацию, он собирался самым тщательным образом осмотреть надгробие.


The rain was getting heavier now, and he tucked the cryptex deep in his right-hand pocket to protect it from the dampness. He kept the tiny Medusa revolver in his left, out of sight. Within minutes, he was stepping into the quiet sanctuary of London's grandest nine-hundred-year-old building.

Дождь лил как из ведра, и он засунул криптекс поглубже в правый карман, чтобы не намок. В левом кармане лежал револьвер "Медуза". Через несколько минут он уже входил в храм, расположенный едва ли не в самом изумительном здании Лондона конца девятого века.


Just as the Teacher was stepping out of the rain, Bishop Aringarosa was stepping into it. On the rainy tarmac at Biggin Hill Executive Airport, Aringarosa emerged from his cramped plane, bundling his cassock against the cold damp. He had hoped to be greeted by Captain Fache. Instead a young British police officer approached with an umbrella.

В этот же момент епископ Арингароса вышел прямо под дождь из маленького самолета. И, шлепая по лужам и приподнимая полы сутаны, двинулся к зданию аэровокзала в Биггин-Хилл. Он надеялся, что его встретит сам капитан Фаш. Но вместо него навстречу поспешил молодой офицер британской полиции с зонтиком.


"Bishop Aringarosa? Captain Fache had to leave. He asked me to look after you. He suggested I take you to Scotland Yard. He thought it would be safest."

- Епископ Арингароса? Капитану Фашу пришлось срочно уехать. Попросил меня встретить вас и проводить. Сказал, чтобы я отвез вас в Скотланд-Ярд. Он считает, что там вам будет безопаснее.


Safest? Aringarosa looked down at the heavy briefcase of Vatican bonds clutched in his hand. He had almost forgotten.

Безопаснее? Арингароса покосился на тяжелый портфель с облигациями Банка Ватикана. Он почти забыл, какое при нем сокровище.


"Yes, thank you."

- Да, благодарю вас.


Aringarosa climbed into the police car, wondering where Silas could be. Minutes later, the police scanner crackled with the answer.

Арингароса уселся в полицейский автомобиль. Интересно, где же сейчас Сайлас? Через несколько минут он получил ответ по полицейскому сканеру.


5 Orme Court.

Орм-Корт, дом 5.


Aringarosa recognized the address instantly. The Opus Dei Centre in London.

Арингаросе был прекрасно известен этот адрес. Это же лондонская резиденция "Опус Деи".


He spun to the driver. "Take me there at once!"

- Везите меня туда, немедленно! - сказал он водителю.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru