Book's list / Список книг :

 

Chapter / Глава


Epilogue - Эпилог.

Robert Langdon awoke with a start. He had been dreaming. The bathrobe beside his bed bore the monogram HOTEL RITZ PARIS. He saw a dim light filtering through the blinds. Is it dusk or dawn? he wondered.

Роберт Лэнгдон проснулся словно от толчка. Ему снился какой-то сон. Он протер глаза и увидел: через спинку стула переброшен халат с монограммой "ОТЕЛЬ „РИТЦ", ПАРИЖ". Через шторы слабо просвечивал свет. Утро сейчас или вечер?..


Langdon's body felt warm and deeply contented. He had slept the better part of the last two days. Sitting up slowly in bed, he now realized what had awoken him... the strangest thought. For days he had been trying to sort through a barrage of information, but now Langdon found himself fixed on something he'd not considered before.

Лэнгдону было тепло и уютно. Он славно выспался, последние два дня почти не вылезал из постели. Он медленно сел и только сейчас понял, что его разбудило... Странная, совершенно неожиданная мысль. На протяжении нескольких дней он пытался разобраться в обрушившейся на него информации и вот теперь вдруг вспомнил то, что не учитывал прежде.


Could it be?

Возможно ли это?


He remained motionless a long moment.

Какое-то время он сидел совершенно неподвижно.


Getting out of bed, he walked to the marble shower. Stepping inside, he let the powerful jets message his shoulders. Still, the thought enthralled him.

Затем выбрался из постели, пошел в ванную, отделанную мрамором. Включил душ и подставил плечи под упругие струи воды. Нет, эта мысль положительно его заворожила.


Impossible.

Невозможно.


Twenty minutes later, Langdon stepped out of the Hotel Ritz into Place Vendome. Night was falling. The days of sleep had left him disoriented... and yet his mind felt oddly lucid. He had promised himself he would stop in the hotel lobby for a cafe au lait to clear his thoughts, but instead his legs carried him directly out the front door into the gathering Paris night.

Двадцать минут спустя Лэнгдон вышел из отеля "Ритц" на Вандомскую площадь. Близилась ночь. Отсыпаясь, он совершенно потерял счет времени... однако мысль работала на удивление ясно и четко. Он обещал себе, что непременно забежит в кафе на первом этаже отеля, выпить чашку кофе с молоком, но ноги, казалось, сами вынесли его на улицу, в сгущающиеся парижские сумерки.


Walking east on Rue des Petits Champs, Langdon felt a growing excitement. He turned south onto Rue Richelieu, where the air grew sweet with the scent of blossoming jasmine from the stately gardens of the Palais Royal.

Шагая к востоку по рю де Пти Шамп, Лэнгдон ощущал нарастающее возбуждение. Затем он свернул к югу, на рю Ришелье, где воздух насквозь пропах сладким ароматом жасмина, льющимся из сада Пале-Рояль.


He continued south until he saw what he was looking for-the famous royal arcade-a glistening expanse of polished black marble. Moving onto it, Langdon scanned the surface beneath his feet. Within seconds, he found what he knew was there-several bronze medallions embedded in the ground in a perfectly straight line. Each disk was five inches in diameter and embossed with the letters N and S.

Он продолжал идти, пока не заметил впереди то, что искал. Знаменитую королевскую аркаду из гладко отполированного черного мрамора. Зайдя под нее, Лэнгдон начал осматривать плиточный пол под ногами. И через несколько секунд увидел то, что ожидал: несколько бронзовых медальонов, вмонтированных в плиты и выстроившихся в идеально прямую линию. Каждый диск был пяти дюймов в диаметре и обозначен буквами "N" и "S".


Nord. Sud.

Nord. Sud.


He turned due south, letting his eye trace the extended line formed by the medallions. He began moving again, following the trail, watching the pavement as he walked. As he cut across the corner of the Comedie-Francaise, another bronze medallion passed beneath his feet. Yes!

Он повернулся лицом к югу и двинулся по линии, прочерченной медальонами. Шел и не сводил глаз с тротуара. Дойдя до угла "Комеди-Франсез", увидел под ногой еще один медальон. Да, так и есть!


The streets of Paris, Langdon had learned years ago, were adorned with 135 of these bronze markers, embedded in sidewalks, courtyards, and streets, on a north-south axis across the city. He had once followed the line from Sacre-Coeur, north across the Seine, and finally to the ancient Paris Observatory. There he discovered the significance of the sacred path it traced.

Еще много лет назад Лэнгдон узнал о том, что улицы Парижа маркированы 135 бронзовыми дисками, вмонтированными в тротуары, плиты дворов и в проезжую часть улиц, и что линия эта пересекает город с севера на юг. Как-то раз он даже прошел вдоль этой линии, от Сакре-Кер, а затем к югу, через Сену, и вышел к старинной Парижской обсерватории. Только там и понял значение этой "тропы".


The earth's original prime meridian.

Первый земной меридиан.


The first zero longitude of the world.

Первая нулевая долгота в мире.


Paris's ancient Rose Line.

Древняя линия Розы Парижа.


Now, as Langdon hurried across Rue de Rivoli, he could feel his destination within reach. Less than a block away.

Торопливо шагая по рю де Риволи, Лэнгдон чувствовал, что как никогда близок к цели. Еще один квартал и...


The Holy Grail 'neath ancient Roslin waits.

Грааль под древним Рослином вас ждет.


The revelations were coming now in waves. Sauniere's ancient spelling of Roslin... the blade and chalice... the tomb adorned with masters' art.

Все сходится!.. Происхождение слова "Рослин", упомянутого в стихах Соньера... сосуд и меч... надгробие, украшенное старыми мастерами...


Is that why Sauniere needed to talk with me? Had I unknowingly guessed the truth?

Так вот о чем хотел поговорить со мной Соньер! Да, почти наверняка. О том, что я, сам того не понимая, нащупал истину.


He broke into a jog, feeling the Rose Line beneath his feet, guiding him, pulling him toward his destination. As he entered the long tunnel of Passage Richelieu, the hairs on his neck began to bristle with anticipation. He knew that at the end of this tunnel stood the most mysterious of Parisian monuments-conceived and commissioned in the 1980s by the Sphinx himself, Francois Mitterrand, a man rumored to move in secret circles, a man whose final legacy to Paris was a place Langdon had visited only days before.

И Лэнгдон пустился бежать, ощущая под ногами линию Розы, что неумолимо вела его к заветной цели. Войдя в длинный туннель Пассажа Ришелье, он вдруг почувствовал, как волоски на руках встали дыбом от волнения. Он знал, что в конце туннеля стоит самый загадочный из всех парижских монументов, построенный по распоряжению Сфинкса - Франсуа Миттерана, человека, который, если верить слухам, был не чужд тайным обществам. Человека, последнее наследие которого Лэнгдон посещал не далее как несколько дней назад.


Another lifetime.

В другой жизни.


With a final surge of energy, Langdon burst from the passageway into the familiar courtyard and came to a stop. Breathless, he raised his eyes, slowly, disbelieving, to the glistening structure in front of him.

Запыхавшийся Лэнгдон выбежал из туннеля и оказался в знакомом уже дворе. И сразу остановился как вкопанный. А затем медленно, словно не веря в чудо, поднял глаза и увидел ее.


The Louvre Pyramid.

Пирамида Лувра.


Gleaming in the darkness.

Она светилась и переливалась в темноте.


He admired it only a moment. He was more interested in what lay to his right. Turning, he felt his feet again tracing the invisible path of the ancient Rose Line, carrying him across the courtyard to the Carrousel du Louvre-the enormous circle of grass surrounded by a perimeter of neatly trimmed hedges-once the site of Paris's primeval nature-worshipping festivals... joyous rites to celebrate fertility and the Goddess.

Но любовался он ею всего секунду. Его куда больше интересовало то, что находилось справа. Он развернулся и двинулся уже невидимой тропинкой, по линии Розы, через двор прямо к Карузель де Лувр, гигантскому кругу из стекла, обнесенному по периметру низенькой живой изгородью из аккуратно подстриженного кустарника. Именно здесь в незапамятные времена проводились в Париже языческие празднества, связанные с поклонением богине... веселые и буйные ритуалы, восславлявшие ее плодовитость и щедрость.


Langdon felt as if he were crossing into another world as he stepped over the bushes to the grassy area within. This hallowed ground was now marked by one of the city's most unusual monuments. There in the center, plunging into the earth like a crystal chasm, gaped the giant inverted pyramid of glass that he had seen a few nights ago when he entered the Louvre's subterranean entresol.

Лэнгдон перешагнул через кустарник, ступни утопали в густой траве, и ему показалось, что он входит в совсем иной мир. В центре круга находился один из самых необычных монументов Франции. В землю точно врастала стеклянная призма, гигантская перевернутая пирамида, которую он видел несколько дней назад, когда входил в подземные помещения Лувра.


La Pyramide Inversee.

La Pyramide Inversee.


Tremulous, Langdon walked to the edge and peered down into the Louvre's sprawling underground complex, aglow with amber light. His eye was trained not just on the massive inverted pyramid, but on what lay directly beneath it. There, on the floor of the chamber below, stood the tiniest of structures... a structure Langdon had mentioned in his manuscript.

Лэнгдон с замиранием сердца подошел к самому краю и посмотрел вниз, на необъятный подземный комплекс музея, светящийся янтарной подсветкой. И рассматривал он не только огромную перевернутую пирамиду, но и то, что находилось прямо под ней. Сооружение, о котором он, Лэнгдон, упоминал в своей рукописи.


Langdon felt himself awaken fully now to the thrill of unthinkable possibility. Raising his eyes again to the Louvre, he sensed the huge wings of the museum enveloping him... hallways that burgeoned with the world's finest art.

Он смотрел и сам до конца еще не верил, что это возможно. Снова взглянул на Лувр, и на миг показалось, что необъятные крылья здания обнимают его со всех сторон... бесконечные залы и галереи, где собраны величайшие в мире произведения искусства.


Da Vinci... Botticelli...

Да Винчи... Боттичелли...


Adorned in masters' loving art, She lies.

Украшенная мастерской рукой...


Alive with wonder, he stared once again downward through the glass at the tiny structure below.

Он снова посмотрел вниз, через стекло.


I must go down there!

Я должен туда спуститься!


Stepping out of the circle, he hurried across the courtyard back toward the towering pyramid entrance of the Louvre. The day's last visitors were trickling out of the museum.

Выйдя из круга, Лэнгдон поспешил через двор к огромной пирамиде, где располагался вход в музей. Оттуда выходили последние посетители.


Pushing through the revolving door, Langdon descended the curved staircase into the pyramid. He could feel the air grow cooler. When he reached the bottom, he entered the long tunnel that stretched beneath the Louvre's courtyard, back toward La Pyramide Inversee.

Толкнув вращающуюся дверь, Лэнгдон очутился в холле и сразу же бросился вниз, начал спускаться по спиралеобразной лестнице внутрь пирамиды. Воздух становился все прохладнее. И вот, оказавшись в самом низу, он вошел в длинный туннель, тянувшийся к перевернутой пирамиде.


At the end of the tunnel, he emerged into a large chamber. Directly before him, hanging down from above, gleamed the inverted pyramid-a breathtaking V-shaped contour of glass.

В конце туннеля оказался просторный зал. Прямо перед ним свисала с потолка, сверкая и переливаясь каждой гранью, перевернутая пирамида. Изящный контур из стекла в виде латинской буквы "V".


The Chalice.

Сосуд!


Langdon's eyes traced its narrowing form downward to its tip, suspended only six feet above the floor. There, directly beneath it, stood the tiny structure.

Лэнгдон окинул ее взором от вершины до самого кончика, повисшего на высоте около шести футов над полом. И там, прямо под ним, стояло еще одно сооружение. Совсем крохотное.


A miniature pyramid. Only three feet tall. The only structure in this colossal complex that had been built on a small scale.

Миниатюрная пирамида. Высотой в каких-то три фута, не более. Единственный маленький предмет в этом поражающем воображение колоссальном комплексе.


Langdon's manuscript, while discussing the Louvre's elaborate collection of goddess art, had made passing note of this modest pyramid. "The miniature structure itself protrudes up through the floor as though it were the tip of an iceberg-the apex, of an enormous, pyramidical vault, submerged below like a hidden chamber."

В своей рукописи, в главе, посвященной знаменитой коллекции Лувра из предметов культа богине, Лэнгдон упомянул об этой крохотной пирамиде лишь вскользь. Это миниатюрное сооружение выступает из пола точно вершина айсберга... верхушка гигантского пирамидообразного склепа, находящегося под землей, эдакой потайной камеры...


Illuminated in the soft lights of the deserted entresol, the two pyramids pointed at one another, their bodies perfectly aligned, their tips almost touching.

Купаясь в лучах мягкой подсветки, две пирамиды как бы указывали друг на друга. Их оси вытянулись по одной прямой, их кончики почти соприкасались.


The Chalice above. The Blade below.

Сосуд наверху. Меч снизу.


The blade and chalice guarding o'er Her gates.

Сосуд и меч там охраняют вход.


Langdon heard Marie Chauvel's words. One day it will dawn on you.

Лэнгдону показалось, будто он слышит голос Мари Шовель. Рано или поздно вы найдете то, что ищете.


He was standing beneath the ancient Rose Line, surrounded by the work of masters. What better place for Sauniere to keep watch? Now at last, he sensed he understood the true meaning of the Grand Master's verse. Raising his eyes to heaven, he gazed upward through the glass to a glorious, star-filled night.

Он стоял под древней линией Розы в окружении работ старых мастеров. Только теперь, как ему казалось, он понял истинное значение и смысл стихотворения Великого мастера. Посмотрел наверх и увидел: через стеклянный купол просвечивает звездное небо.


She rests at last beneath the starry skies.

Нашла она под звездами покой.


Like the murmurs of spirits in the darkness, forgotten words echoed. The quest for the Holy Grail is the quest to kneel before the bones of Mary Magdalene. A journey to pray at the feet of the outcast one.

Точно духи нашептывали ему из темноты, забытые слова тихим эхом отдавались под сводами. Поиски Грааля - это стремление преклонить колени перед прахом Марии Магдалины. Это путь к молитве перед светлым ликом отверженной.


With a sudden upwelling of reverence, Robert Langdon fell to his knees.

И, повинуясь невнятному зову, Роберт Лэнгдон упал на колени.


For a moment, he thought he heard a woman's voice... the wisdom of the ages... whispering up from the chasms of the earth.

На секунду ему почудилось, что он слышит женский голос. Голос мудрости, он доносился через века... шептал из бездны, из самых глубин земли.


Chapter / Глава

 
Рейтинг@Mail.ru